Повторный суд оправдал оклеветанных брянских полицейских

Фокинский районный суд со второй попытки вынес оправдательный приговор сотрудникам вневедомственной охраны брянского УМВД Константину Галко и Игорю Ицину, которых обвиняли в превышении полномочий.

Напомним, в июне прошлого года суд признал виновными в избиении человека обоих служителей порядка. Константина Галко приговорили к трём годам и двум месяцам лишения свободы условно, Игорь Ицин получил трёхлетний условный срок. Кроме того, Галко запретили работать в правоохранительных структурах в течение двух лет, Ицина лишили этого права на полтора года.

По версии следствия, в январе 2013 года прибывшие по сигналу о дебоше в кафе «Юбилейное» Галко и Ицин якобы пытались затолкать в машину не только матерившегося хулигана, но и посетителя кафе, не имевшего отношения к инциденту. Мужчина оказал сопротивление и даже сумел вырваться, тогда его повалили на землю, надели на ручники и стали избивать, сломав ему три ребра. Позже потерпевший, который прошёл проверку на детекторе лжи, сообщил, что Галко ногами затолкал его в салон служебной машины.

Стражи порядка вины не признали и от проверки детектором лжи отказались – они утверждали, что «потерпевшего» не избивали и действовали строго по закону.

История вызвала большой резонанс полгода спустя после того как в Интернете появилось видео, на котором тот самый мужчина, якобы избитый сотрудником УМВД Галко, скандалил в отделении полиции, материл правоохранителей и заявлял, что «завтра у него «окажутся сломанными два ребра», «всё это будет реально» и он найдёт «20 свидетелей». В комментарии к видео утверждалось, что Константина Галко попросту подставили за то, что он жаловался в суд на своё руководство. Эту же версию на форуме сотрудников полиции озвучили коллеги арестованного сержанта.

Однако Фокинская фемида посчитала вину полицейских полностью доказанной. Стражи порядка обжаловали вердикт и в итоге добились отмены приговора  в областном суде, который направил дело на новое рассмотрение.

По сути, обвинение изначально было построено на показаниях якобы избитого полицейскими пьянчуги и певицы из того самого кафе, которая на тот момент была подругой «потерпевшего», а ныне – его жена. Женщина рассказала, что сотрудники полиции избивали её дружка ногами на её же глазах, а когда она попыталась за него вступиться, будто бы грубо её оттолкнули.  Эти слова подтвердила администратор кафе, но на повторном суде она уже дала совсем другие показания: дескать,  не видела, чтобы правоохранители били задержанного, да и вообще не помнит  подробностей. 

Другие очевидцы утверждали – разбушевавшийся выпивоха вёл себя крайне агрессивно, оказывал сопротивление служителям порядка, пытавшимся его угомонить. Дебошир, которого удалось-таки усадить в служебное авто, выбил стекло в авто и повредил дверь. Как выяснилось, показания этих свидетелей даже не включили в обвинительное заключение. Телесные повреждения, причинённые буяном сержанту Галко и его напарнику, следствие также почему-то проигнорировало, как и видеозапись, на которой задержанный угрожал сотрудникам УМВД.

Чем дальше, тем яснее становилось повторному суду, что  уголовное дело против полицейских сфабриковано – оно попросту развалилось на процессе, где действительно исследователи доказательства, а не ставили цель вынести подсудимым обвинительный приговор.

− Суд признал показания Галко и Ицина правдивыми, так как они полностью согласуются с признанными достоверными доказательствами, а также соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам произошедшего, − следует из постановления Фокинского районного суда.

Таким образом, было доказано, что сержант и его напарник действовали по закону и своих должностных полномочий в тот вечер не превышали, а силу к обнаглевшему дебоширу применили вполне обоснованно. В итоге суд оправдал полицейских и реабилитировал их, вернув  каждому из напарников честное имя – оба теперь смогут продолжить службу в УМВД, если, конечно, захотят. Справедливость восстановлена, вот только те, кто оклеветал служителей порядка и сфабриковал дело, вряд ли понесут наказание.