Осталось отменить ЕГЭ: брянцы останутся без бакалавриата и магистратуры

Целое поколение россиян выдержало издевательства именем образования. ЕГЭ, Болонская система, «бесполые» учебники, запрет на воспитание в школах и многое другое − это стало следствием того, что Россия сдавала свои интересы не только в экономике, но и в самой важной сфере − образовании. То есть страна сдавала свое будущее. Брянская область − вслед за ней.

Теперь Россия намерена выйти из Болонского процесса, заявил глава Минобрнауки:

− К Болонской системе надо относиться как к прожитому этапу. Будущее за нашей собственной уникальной системой образования, в основе которой должны лежать интересы национальной экономики и максимальное пространство возможностей для каждого студента.

Эту систему приняли в 1999 году, чтобы удобнее было сопоставлять стандарты и качество квалификаций высшего образования в Европе. Ну там-то понятно, там сплошная толерантность и борьба за победу Украины, а Россия зачем полезла в болото?

Россия приняла систему в 2003 году − чиновники торопились попасть в калашный ряд. Двухуровневая система образования отвращала даже непроизносимыми названиями − бакалавриат, магистратура. Хуже этого только «муниципалитет» − словечко, которое так и не научились произносить трезвые чиновники.

К отказу от Болонской системы призвали ранее секретарь Совета безопасности Николай Патрушев и заместитель председателя Госдумы Петр Толстой.

Если спросить сегодня у тех, кто продавливал «европеизм» в образовании, чего они добились, то отчитаться об успехах они смогут едва ли лучше, чем отчитывался Анатолий Чубайс об успехах приватизации и работе компании «Роснано». Но все равно смогут, ибо демагогия у них в крови. Равно как почти успешно убеждают, что ЕГЭ нужен стране. Правда, ректор МГУ Виктор Садовничий называет ЕГЭ угадайкой, но кто такой Садовничий в сравнении с несравненным Чубайсом и неведомыми проводниками угадаек?

Между тем выяснилось, что отказ от русской и советской систем образования не гарантирует не только приема в «европейскую семью народов», но даже приличного обучения. И если из стен вузов еще выходят грамотные молодые люди, то это благодаря их таланту и бабушкам-дедушкам, которые могли им растолковать, что настоящее образование − это не погоня за «бакалавриатами», а труд в родной среде и с теми книжками, в которых мерзопакостных слов нет и быть не могло.

Мечтают об освобождении и ученые. Насколько мечтают брянские, неизвестно, но в целом ученый мир чает той вожделенной минуты, когда их таланты перестанут оценивать прежде всего по упоминаниям в зарубежных журналах, издающихся структурами, приближенными к правительствам не очень дружественных стран. Дело заведомо проигрышное, но одни умники не понимали этого, другие действуют как диверсанты и поныне.

Гидре головы надо рубить разом − и ЕГЭ, и ОГЭ, и бакалавриатам, и прочему добру. Иначе головы снова вырастут.

Смущает одно − тишина в аудиториях и кабинетах руководителей брянских вузов. То ли скромность, то ли занятость мешают, то ли еще что. Вот профессор Преображенский даже в оперных делах был знаток и сам певал, а тут вроде бы в стране стали обсуждать революционный замысел − но в Брянске тишина… И никаких громких открытий бесплодными десятилетиями. А так хотелось бы прочитать: «Брянские ученые изобрели… брянские ученые открыли…» Где это все? Пусто. Сплошной бакалавриат.

Дмитрий Данилов