Прокурорский окей: как надзорное ведомство имитирует работу

Многие обращали внимание на броские заголовки в изданиях о том, что «прокуратура взяла на контроль расследование», «проведение доследственной проверки находится на особом контроле в прокуратуре».

Абсолютное большинство граждан не совсем правильно понимают, что означают эти фразы. Как правило, представляется, что прокуратура в таких случаях возьмется за дело и накажет всех нарушителей закона. Это не так.

Начнем с того, что в федеральном законодательстве вообще не говорится ничего о каком-то «контроле» прокуратуры. Прокуратура осуществляет надзор. Это прекрасно знают все прокуроры, которые почему-то постоянно норовят что-то взять «на контроль» или на «особый контроль», он же ОК, он же окей. Все эти «контроли» − выдумка надзорного ведомства и множества других чиновников, имитирующих работу.

Если вы откроете федеральный закон о прокурорском ведомстве, а также Уголовно-процессуальный кодекс России, то увидите, что единственной формой взаимодействия органов прокуратуры с органами предварительного расследования является надзор. Также с большой натяжкой можно отнести сюда еще и координацию деятельности правоохранительных органов, которую осуществляет прокурор. Все. Никаких «контролей», простых и особых, в законе нет.

Но прокуратура продолжает упорно брать что-то «на контроль». Так, накануне прокуратура Брянской области сообщила, что «взято на контроль расследование уголовного дела по факту дорожно-транспортного происшествия», которое произошло на улице Дуки в Брянске.

Этой фразой прокуроры сами себя поставили в неловкое положение. Дело в том, что органы прокуратуры осуществляют надзор абсолютно за всеми расследуемыми уголовными делами. По крайней мере, должны это делать. Так требует закон. Повторюсь, что именно надзор, а не какой-то там «контроль». При этом надзор за всеми делами должен осуществляться абсолютно одинаково − законно, объективно и всесторонне. В этом смысле любое уголовное дело должно быть одинаково оценено прокурором. Говоря о том, что дело о резонансном ДТП «взято на контроль», прокуратура тем самым фактически утверждает, что за другими делами такой «контроль», надзор не ведется. Получается, что нет резонанса − нет контроля.

Все было бы не так уж и плохо, если бы дело ограничивалось только различием в понятиях «контроль», «надзор». По большому счету, обществу от этого ни тепло, ни холодно. Но есть и внутренняя сторона этих «контролей». На практике введение «контролей» и, упаси боже, «особых контролей» означает кратное увеличение бумажной работы.

Автор в свое время работал следователем районной прокуратуры. Некоторые расследуемые дела брались «на контроль» прокуратурой области. Это означало, что еженедельно, отвлекаясь от следственных действий, приходилось писать ненужные никому справки о ходе расследования, которые в абсолютном большинстве случае никто не читал. Но «так надо, дело взято на контроль». 

Подстегнуть нерадивых следователей и оперативников к работе «взятием на контроль» очень сложно. Если следователь работает добросовестно, то он и будет это делать без всяких «контролей» с ненужным бумагомарательством, достаточно старого доброго надзора. 

Поэтому стоит всегда помнить, что если чиновники заявляют, что взяли что-то «на контроль» − это имитация бурной деятельности. Эту работу они обязаны выполнять в силу закона без всяких «контролей».

Сергей Морозов, юрист