Вячеслав Плахотнюк: Без сомнений и сожалений. Поправки в Конституцию будут одобрены, что бы не говорили их критики

Сама тактика принятия поправок просто не позволяет получить иной результат, потому что граждане страны в целом, и каждая группа населения в отдельности имеет «свою» поправку, против которой совершенно невозможно возразить. При этом, голосование «пакетное».

Например, голосуя за ежегодную индексацию пенсий, за защиту исторической правды или за запрет Президенту хранить наличные денежные средства в иностранных банках, придётся «в нагрузку» поддержать участие государственной власти в формировании независимых органов местного самоуправления, совершенно неясный институт «политическую солидарности» и тщеславную идею официально именовать членов Совета Федерации «сенаторами» (возникает ассоциация толи с Республиканским Римом, толи с Сенатом эпохи Петра I). Никто не станет возражать против защиты материнства, отцовства и детства, но при этом надо автоматически согласиться с приданием конституционного статуса Государственному совету. Никаких фальсификаций не потребуется и было бы глупо этим заниматься. Каждый проголосует за «свою» поправку, а значит и за всё сразу.

Что касается проблемы «обнуления сроков», то это технический вопрос, если существующий статус-кво устраивает элиты и большинство населения. Нет ничего невозможного. Подобная идея уже возникала при Борисе Ельцине, когда вновь принятая Конституция 1993 года могла «перезапустить» его легислатуру, начавшуюся в 1991 году при РСФСР, но Конституционный Суд в 1998 году высказался против такого подхода. Каждый может ознакомиться с текстом соответствующего определения. Тогда положение Бориса Ельцина было шатким: народ и элиты от него устали и им требовался «свежий», трезвый лидер. Сейчас Конституционный Суд «за», потому что другое время и есть нюансы.

Стоит отметить, что простая технология изменения сроков легислатуры и вообще системы органов власти путём рестайлинга Конституции размывает основы государственного строя, которые должны представляться избирателям незыблемыми, не в фарисейском, а в глубинном, смысловом понимании. В будущем это может навредить нашей стране, потому что всегда есть соблазн повторения под конкретный запрос, раз уж «один раз уже такое было».

Есть, правда, и другие примеры. Вот в действующую Конституцию США с 1827 года за всё историю было предложено 11539 поправки, а одобрено только 27. Граждане той страны привыкли считать Конституцию твердыней, защищающей их права и в период мировых войн и в период экономических депрессий. С этим есть проблемы: первую поправку к Конституции, запрещающую Конгрессу принимать законы, ограничивающие граждан во владении и ношении оружия, давно критикуют, а отменить не могут: нет достаточной поддержки, чтобы править основной закон.

Вячеслав Плахотнюк, адвокат