«Безумные правители» не добили чувство прекрасного у брянских коммунистов

Брянские коммунисты доказали, что не просто живы, а стремятся к прекрасному. Похвально. Правда, путь их и поныне противоречив, классовому подходу изменяют.

Брянские ленинцы вдруг ударились в архитектуру. Позвала ностальгия по партийному единомыслию. Оно было сосредоточено в здании, где сейчас располагается областная дума. А ранее там сидел первый секретарь обкома КПСС и его подчиненные и другие партийцы, но тоже подчиненные.

Здание давно стало украшением города в отличие от мрачных прямоугольников конструктивизма − главного почтамта. Особо изысканные особы до сих пор, правда, доказывают, что и примитивные прямоугольники прекрасны, что в них зарыты глубокие смыслы черных квадратов, но взгляд горожан не задерживается на этот примитивизме. А вот здание бывшего обкома КПСС замечательно во всех отношениях. Так вот, коммунисты решили вспомнить, что это детище талантливого брянского созидателя Бориса Петровича Шавырина, который был первым главным архитектором города, автором книг о градостроительстве и руководитель послевоенного восстановления  Брянска.

Согласно классовой теории, его должны были признать если не врагом народа, то чуждым элементом. Так велит марксизм-ленинизм, упростивший все общества мира до двух классов − эксплуататоров и эксплуатируемых. Дело в том, что Борис Шавырин родился в 1901 году в Дятькове, на не просто в Дятькове, а в купеческой семье. В большевистской России это было равнозначно преступлению. Во имя «классового подхода» в бывшей России Империи революционеры развязали Гражданскую войну. Разумеется, они твердят, что войну начали слуги царского режима, но есть неоспоримое: до 1917 года гражданских войн в современном понимании не было. Случались бунты и церковный раскол, но так, чтобы одна часть народа пошла с мечами и штыками на другую, − не было. А после большевистского переворота вдруг война началась. Нет ли здесь связи? Пусть брянский обком подумает на досуге.

Так вот, творчество Бориса Шавырина − это действительно архитектурная эпоха в Брянске. Можно говорить, что тогда трудилась плеяда незаурядных архитекторов. К началу семидесятых годов это искусство в Брянске закончилось. Иссякло, исчезло. Пришла пора безликости, которая длится до сих пор. Почему?

Не только потому, что Хрущев приказал строить унылые пятиэтажки. Разве нет закономерности в том, что Шавырин вырос еще в Российской Империи, где архитектура превозносилась? Ведь даже во многих глухих брянских деревнях можно найти шедевры той поры или их развалины. Что − потом? Потом строили только водонапорные башни, правления колхозов и деревенские клубы из силикатного кирпича. Страшилища, которые теперь позеленели от времени и уныния. Завершилась эпоха царских мастеров, их заместили те, которые сейчас красят силикатный кирпич в Брянске и выносят на фасады загадочные огромные буквы − то ли А, то ли Б, то ли еще какую-то…

Увы, коммунистам надо признать, что творцы, подарившие Брянску прекрасные здания, − это воспитанники царской эпохи, даже если продолжали обучение в советских школах и вузах. Ведь их учителя уж точно были воспитанниками царизма, его учебных заведений, его идеологии, его устремлений. На архитектурном факультете института (ВХУТЕИН), где учился купеческий сын преподавали легендарные учителя – А.В. Щусев, Н.А. Ладовский, И.А. Голосов, К.С. Мельников, В.В. Кандинский, Д.Н. Кардовский, Л.М. Лисицкий, А.М. Родченко, В.Е. Татлин, В.А. Фаворский. Архитектурный факультет возглавлял академик И.В. Жолтовский. Этих мастеров царской эпохи называют великими.

Понятно, какой вой поднимут сейчас брянские коммунисты. Они непременно обрушивают на «Брянские новости» гром и молнии, если кто-то из авторов посмел подвергнуть сомнению догмы большевизма. Не стоит. Лучше пусть почитают проповедь в день памяти первоверховных апостолов Петра и Павла Святейшего Патриарха Московский и всея Руси Кирилла. Это слова нужны прежде всего ленинцам. Не только думающим. Вот цитата из проповеди:

«Когда безбожная власть здесь, в Петербурге, взяла силу над всей страной и провозгласила своей задачей искоренение веры православной, многие тогда пошли по тому пути, который им власть указала − кто-то убоялся этой власти, а кто-то даже восторгался этой силой. А путь был страшный. Это был путь не просто стремления к материальному, культурному процветанию страны, − этот путь был путем насаждения безбожия в сердцах русских людей, что противоречило всей нашей истории, традициям наших праотцов, отцов, подвижников, воинов, ученых и, в значительной мере, даже нашей интеллигенции. Все делалось против исторического пути нашего народа.

И сконцентрировалась вся эта скверна здесь, в этом городе. Здесь произошел страшный переворот, названный революцией; здесь стала проливаться невинная кровь; здесь безумные правители поставили задачу построить общество всеобщего благоденствия. Но, как мы знаем, ничего из этого не получилось».

Да! Просьба к брянским марксистам-ленинцам: когда к вам приезжают друзья и просят показать город, не видите их к старым храмам, в Свенский монастырь, где все любят фотографироваться, не показывайте историческую рабочую слободу в Бежице. Это не ваше, это вам чуждо в соответствии с классовым подходом, потому что там ненавистным для вас царизмом пахнет. Ведите к своему, родному, классово близкому − к похожему на чернобыльский саркофаг залу «Дружба», к памятнику Ленину, к гостинице «Брянск». Сфотографируйтесь на фоне «красного уголка» правления колхоза «Красные топи коммунизма», снимитесь в катакомбах Четвертого микрорайона, на худой конец − возле ТЦ Тимошковых. Вот это − ваше, классово родное вам и понятное. Так будет справедливо.

Ленин, революция и брянский мужичок.

Максим Казаков