Маразм безграничной гласности: почему военные заводы Брянска были закрытыми

Сегодня украинские беспилотники атаковали предприятие в Ижевске: три человека погибли, 45 пострадали. Шестеро раненых пока еще в тяжелом состоянии, остальных обслужили амбулаторно.

Губернатор Удмуртии Александр Бречалов не назвал предприятие, но его назвали другие − телеграм-каналы и СМИ, в том числе федеральные. Они рассказали и том, что делают на заводе.

Алексей Бречалов написал:

«Хочу обратиться ко всем, кто в погоне за подписчиками и лайками позволяет себе провокации, публикацию неподтвержденных и ложных данных. Вы работаете на неприятеля. Прошу жителей не публиковать и не репостить данные, видео с неофициальных источников – не помогайте врагу».

Однако начать надо с самого завода или тех, кто должен следить за условиями секретности. О какой секретности и военной тайне можно говорить, если на сетевой странице атакованного завода открытым текстом говорится, что там изготавливают!

Из космоса все видно? Все, да не все. Из космоса многое было видно и во времена Георгия Жукова, но как бы он посмотрел на маразм безграничной гласности? И почему, несмотря на космос, почти все относившееся к оборонной промышленности держали тогда в строжайшем секрете?

В Брянске в советские времена было немало военных заводов, и военные секреты старались соблюдать. Рабочие лишь вполголоса могли говорить друг другу, для какой техники они вытачивают детали и что собирают.

И вот пошло-поехало: отрыто стали заявляют о том, что и где выпускается, во сколько раз увеличили производство военной техники.

Надо срочно пересматривать политику маразма безграничной гласности, ибо в ином случае по народу будет прилетать еще больше.

Максим Казаков