Брянские власти отвернулись от беженцев из Краматорска

Стыдно и больно. Не могли иначе журналисты «Брянских новостей» воспринять крик о помощи, который донесся из уничтожаемого украинскими фашистами Краматорска. Вырвавшиеся оттуда беженцы оказались не нужны брянским властям. Показуха с лагерями для беженцев, громкие заявления про то, что рубаху последнюю отдадут, лоснящиеся физиономии депутатов, которые собирают «гуманитарную помощь», −  вся эта самореклама омерзительна на фоне мытарств людей, которые сбежали от войны и попали в болото бездушной власти.

Нина Ивановна написала «Брянским новостям» из Краматорска:

«Плохо встречает Брянск беженцев. Никакой помощи. Выплывайте сами. Там мои дети,  они обращались властям, но хоть бы помощь какую  им дали, хоть кормили бы… Могли бы разместить в каком-нибудь лагере.  У нас не платят зарплаты и пенсии, поэтому мои дети уехали  в Россию без копейки денег. Взяли, что было, на дорогу. Уехали не только мои дочери, но и двое внуков. Я осталась тут, и теперь сердце болит вдвойне».

В Брянске беженцы 11 июня поселились у сестры Нины Ивановны. Мы связались с Татьяной Ивановной, она рассказала «Брянским новостям»:

− Приехали мои родные, спасаясь от артобстрелов. Три племянницы: одной  37 лет, а двум − по 32. Вместе с ними приехали и их дети − мальчику 15 лет, девочке − 13 лет. Я живу в Брянске в однокомнатной квартире, но муж после инсульта чувствует себя плохо. Мы пенсионеры, лишнего дохода нет, но все же встретили племянниц и внуков и стараемся дать им тепло и питание. Первые несколько дней они приходили в чувство, а потом стали обращаться в миграционную службу с просьбой предоставить уголок или питание хотя бы. Но там сказали, что денег у них нет. В общем, никакой помощи не предложили. Сейчас семь человек в одной комнате сейчас живем. Но самое главное – питание. Все хотят есть. Приехали мои родные без денег, так как им ничего не платили. Рассчитывали, что Россия большая, всех приютит. Мы с мужем стараемся, но стыдно: страна не готова к приему беженцев. Столько говорили, что готовы встретить, а вот так встречаем. Им хотя бы минимум, хотя бы ночлег и питание. Мы больше никуда не обращались – и нужно ли?

Вас это удивляет? Нас – нет. Это ведь Брянск, это ведь чинуши, которые начинают нехотя работать только после пинка самого Путина. Это бесконечная показуха, бесконечные лживые репортажи о заботливых и чутких властях, трата казенных денег на никчемные проекты, закупки дорого жилья, пышные предвыборные шоу. Позор страны начинается здесь, в Брянске. 

Корреспонденты «Брянских новостей» позвонили на «горячую линию» УФМС России по Брянской области − 8 (4832) 71-85-74. Ответил сотрудник по фамилии Федоров. Сказал, что их задача состоит только в том, чтобы оформлять гражданам Украины документы для предоставления им статуса беженцев:

− Вопросами приема беженцев занимается власть.

 

− У вас есть телефоны этой власти?

 

− Есть один телефон какого-то фонда, но он записан у меня на работе, а сегодня воскресенье, нерабочий день. Позвоните завтра… 

Брянские «горячие линии» по выходным становятся ледяными. И это тем более странно, что в других областях России беженцев действительно встречают с сочувствием, а власти сразу дают им жилье и предоставляют питание.

Прямая речь

Николай Денин, губернатор Брянской области:

− Только в шести приграничных районах местные власти могут принять и разместить до 1300 беженцев. И это без учета возможностей МЧС. Кроме того, в этих районах составляются списки семей, которые также готовы дать приют беженцам с Украины. При этом речь идет не только о крыше над головой. Все прибывшие будут обеспечены питанием и предметами первой необходимости.

Михаил Климов, заместитель губернатора Брянской области: 

− Мы обеспокоены и даже потрясены той ситуацией, которая складывается на Украине, поскольку между народами России и Украины не существовало существенных разногласий. Мы связаны между собой серьезными социальными, экономическими и родственными узами. Поэтому если необходима какая-то помощь нашему братскому украинскому народу, мы всегда готовы протянуть руку и поделиться, как говорят у нас на Руси, последним, что имеем.

Р.S. В 16 часов 22 июня Татьяна Ивановна сообщила, что находится на вокзале Брянск I: «Одна племянница решила вернуться в Краматорск. Все плачут…»