«Ушли алкоголики, работать некому»: положение с кадрами на Брянщине ухудшилось

Положение с работниками в Брянской области ухудшилось. Предприятия безуспешно пытаются заманить инженеров и станочников, объявления пестрят там и здесь, однако брянцы не торопятся присоединяться к производственникам. Да и есть ли резерв в трудовой армии? Ранее губернатор Александр Богомаз рассказывал, что в сельском хозяйстве даже на высокую зарплату найти механизаторов почти невозможно.

У Алексея небольшое предприятие автосервиса. Он рассказал «Брянским новостям»:

− Каждый день надо убирать песок и мусор. Раньше попеременно работали два алкоголика, я платил им по две с половиной тысячи рублей за день. Теперь работать некому − они ушли, пропали просто. Сейчас за лопату и метлу взялся мой отец. Он хочет мне помочь, но ему под семьдесят лет. Хоть вой.

В новых спортивных сооружениях, которые сейчас открываются, среди технического персонала немало людей пенсионного возраста. Следят за аппаратурой, ходят с шуруповертами по помещениям. Смены у них нет. Кто будет работать завтра?

Москва по-прежнему заманивает, отбирает, вырывает брянскую молодежь и людей среднего возраста. Гипертрофированная голова российской экономики не хочет думать и знать, что происходит в провинции, почему без рабочих рук остаются Брянск, Орел, Смоленск, Курск и другие русские города.

Блистательно молчат депутаты. Они будто не видят, что многие брянские стройки спасаются только за счет мигрантов. Парижский расклад не беспокоит народных избранников, никто не хочет сказать, что накачивание деньгами головастиков с одновременным обескровливанием провинции завтра уже будет угрожать существованию государства. Никто не хочет думать, что под обломками окажутся и сами вершители безумной политики труда и перекосов.

Радость распирает: богатые стали богаче, брянцы − с селедкой.

Евгений Самсонов