Ни одна смена не была спокойной, или На что способна женщина против дронов с килограммами взрывчатки

«Глаза сотрудников я не забуду никогда», − Марии Новиковой 32 года и когда-то она выбрала для себя одну из самых спокойных, созерцательных и мирных специальностей – философию. Последние полгода она – управляющая свиноводческой площадкой в Севском районе Брянской области. В двух километрах от границы с Украиной. Говорит, понимала, на что соглашалась, но даже представить не могла, что окажется в эпицентре военных действий.

Севск-Брянск-Севск

Для «Мираторга» быстрый карьерный взлет молодого специалиста – дело обычное. Мария родилась в Севске, а после школы выбрала довольно необычное направление в образовании – философский факультет Орловского госуниверситета имени Тургенева. Оттуда переехала в Брянск, вышла замуж, родилась дочь Мирослава. Философия в наши дни менее востребована, чем во времена Платона, поэтому девушка начала работать в крупной торговой сети Брянска. Несмотря на юный возраст, карьера быстро пришла к руководящим должностям – администратора, управляющей. Там же, к слову, Мария впервые соприкоснулась с «Мираторгом», как производителем востребованных продуктов питания.

Когда по семейным обстоятельствам в 2022 году пришлось вернуться в родной Севск, площадка неподалёку оказалась одной из приоритетных для трудоустройства – зарплата не ниже, чем в Брянске, белая, со всеми социальными гарантиями – для мамы трехлетней малышки все это крайне важно. Поэтому Мария не побоялась радикальной смены деятельности и после управленческого опыта пришла на ферму обычным оператором. В «Мираторге» талантливых и перспективных замечают сразу, их поддерживают и помогают расти в профессии. Поэтому в мае 2025 года Марии Новиковой предложили возглавить площадку. Никто не ожидал, что её главной рабочей задачей станет сохранение жизней сотрудников при регулярных атаках беспилотников.

Животноводы в бронежилетах 

− Мария, площадка расположена крайне близко к границе, почему вы, молодая женщина с самым гуманитарным из всех возможных образованием согласились на эту должность?

− Я работала на этом объекте с 2023 года, да было неспокойно, но в принципе довольно стабильно. Конечно, я понимала, какую ответственность беру, какие могут быть последствия, но, честно говоря, ни я, ни кто-либо другой на площадке не ожидал настолько страшного развития событий. У меня был руководящий опыт, мне интересно развиваться, расти, да и на ферме был период, когда я успешно совмещала сразу три должности с разным направлением работы. Именно поэтому приняла предложение о повышении. С тех пор практически ни одна моя рабочая смена не прошла спокойно.

− Вы имеете ввиду атаки со стороны соседнего государства?

− Конечно. Все поменялось кардинально: первые атаки беспилотников начались практически сразу и стали регулярными. То FPV-дрон упадет на территорию комплекса, то кормовые бункеры разрушит осколками, то контрольно-пропускной пункт обстреляют, то кормовоз, то свиновоз. Всё это не просто создаёт крайне напряжённую обстановку, это по-человечески очень страшно! Мы обычные мирные люди и вдруг оказались в таких условиях!

Просто счастье, что никто не пострадал, хотя однажды ранило осколком сотрудника сторонней организации, который монтировал противодронную сетку. Мы быстро оказали ему первую помощь и доставили в больницу, все обошлось.

-Кроме сетей какие меры безопасности еще приняты?

− Руководство компании очень много сделало для защиты сотрудников. На территории смонтированы сетки, защищающие от дронов парковку, КПП, административно-бытовой комплекс и погрузочную рампу. Все галереи укреплены железобетонными плитами. Комплекс, как и другие предприятия в приграничной зоне, оснащён системами радиоэлектронной борьбы (РЭБ). Корпоративный автобус дополнительно защищён: внутренние панели обшиты резиной, снаружи установлена металлическая сетка. При посадке в автобус и во время поездки сотрудники используют противоосколочные жилеты. На самом деле самое страшное это именно поездки, потому что транспорт чаще становится мишенью.

− Как люди себя чувствуют? Что их мотивирует приезжать на работу?

− В первую очередь надежда на скорейшее завершение этого кошмара. Чтобы реже ездить, мы вынужденно перешли на вахтовый метод работы по графику 3/3, люди живут прямо на территории комплекса. Компания обеспечила базовые бытовые условия − места для сна с раскладушками, матрасами, постельным бельём и одеялами. Доставляют питание. В таком режиме мы работаем уже около года. Никто не уволился. Люди понимают, что жизнь продолжается, что работа ценна, что в неё уже вложено много твоих личных усилий. Что животные тоже ни в чем не виноваты и ещё более беззащитны, нуждаются в твоей заботе. Мы производим продукты питания и в такой политической обстановке – кормить страну тоже очень важно.

Частично коллектив адаптировался, однако накопленная усталость даёт о себе знать. Да и по семьям мы очень скучаем, мечтаем о возвращении к стандартному графику, когда каждый вечер возвращались домой. Мне вот мама очень помогает с малышкой, но каждая моя смена для неё – ещё больший источник переживаний и стресса, часто из-за отсутствия связи я даже позвонить не могу.

Баба Яга и килограммы смерти 

− Расскажите о самом сложном дне, когда вы и ваши сотрудники пережили настоящий ад…

− В ночь с 22 на 23 октября площадку атаковал тяжёлый беспилотник «Баба-Яга», способный, по некоторым данным, нести до 150 килограммов взрывчатого вещества. Первый удар пришёлся на стоянку перед контрольно-пропускным пунктом, где в тот момент находились грузовой транспорт и машина сопровождения с системой РЭБ. Два снаряда поразили технику, но экипажи успели укрыться в защитном сооружении на КПП.

При визуальном осмотре территории после первого удара были обнаружены несколько неразорвавшихся боеприпасов. В это же время с погрузочной рампы мною и другими сотрудниками был замечен второй аналогичный беспилотник, он летел снова к зоне КПП. Я по рации кричала, чтобы контролёры и водители немедленно спрятались в укрытии. Почти сразу последовал новый взрыв.

Становилось очень опасно, по инструкции нужно было всем сотрудникам бежать в специально оборудованный бункер, там есть запасы воды и еды, лекарств, всего необходимого. Но мы понимали, что любая активность привлечет новые дроны, а на территории лежат снаряды, которые могут взорваться в любой момент. Поэтому людям было опасно бежать до бункера. Я поняла: нужно прятать всех в защищенной бетонными плитами галерее чистой зоны. По правилам входить туда с улицы запрещено, но речь шла в буквальном смысле о жизни и смерти. Поэтому я оперативно согласовала решение с исполнительным директором, и сообщила, чтобы все бежали туда. Я никогда не забуду глаза коллег, наполненные ужасом. Испытывать страх в такой ситуации нормально, никто из нас не готовился ни к чему подобному.

Атаки БПЛА продолжались до трёх часов ночи, но весь персонал оставался в безопасной зоне до утра, пока не приехали саперы. Они проверили и разминировали территорию.

− Как вы сами эмоционально справились в такой ситуации?

− Задача руководителя в критических ситуациях любой ценой сохранить хладнокровие, чтобы иметь возможность принимать верные решения. И конечно, нельзя допустить паники. Когда люди видят, что кто-то владеет ситуацией, им не так страшно. Я понимала, что несу ответственность за сотрудников, за их эвакуацию в укрытие. Но хочу сказать, что вся предварительная работа, инструктажи, беседы принесли свои плоды. Все действовали четко, слаженно и без лишних рисков. Конечно, нам очень хочется больше никогда не использовать эти знания и навыки, а поскорее вернуться к своей любимой и очень мирной работе – кормить людей.