Приехали: за мощные автомобили брянцам придется доплатить по 3 млн рублей

Повышение утилизационного сбора при покупке автомобиля с 1 декабря вырастет до космической величины. Однако уже с января ожидается еще один удар. Брянцы, которые не успели купить, например, «БМВ» могут уже прощаться с мечтой − больше трех миллионов рублей захочет выбросить лишь самый отчаянный.

Кстати, в ту же категорию внезапно подорожавших попадает и любимая машина брянских чиновников − «Тойота Камри».

Теперь размер утильсбора для физлиц привязан не только к объему двигателя автомобиля, но и к его мощности. Это касается в первую очередь двигателей с турбинами.

Изменить порядок уплаты утилизационного сбора предложил ввести глава АвтоВАЗа Максим Соколов. Он убежден, что это подтолкнет китайских производителей собирать свои автомобили в России и в целом благоприятно повлияет на отрасль. Некоторые участники рынка согласились с ним.

С 1 декабря отменяются льготные тарифы для физлиц, которые ввозят автомобили для личного пользования. Якобы для личного. До сих пор они платили лишь 3400 рублей за новые автомобили и 5200 − за те, которым более 3 лет. Льготные коэффициенты оставили лишь для автомобилей мощностью до 160 лошадиных сил.

Нужно учесть, что каждый год 1 января ставки будут увеличиваться на 10 − 20 процентов. Если до 1 декабря для нового автомобиля с объемом двигателя от 3 до 3,5 литра утильсбор составлял примерно 2,1 млн рублей, то с 1 января он может перевалить за 4 миллиона.

Глава Минпромторга Антон Алиханов пояснил:

− Если посмотреть на текущий парк автомобилей в стране, то почти 80 процентов текущего парка автомобилей − это автомобили до 160 лошадиных сил. То есть порядка 80 процентов потребителей реформа утильсбора не затронет.

Это означает, что покупатель будет вынужден нырнуть в относительно дешевую нишу.

Что касается желающих приобрести Toyota RAV4, Hyundai Palisade, Kia Sorento, Seres M7, то придется заплатить дополнительно около 2,3 − 2,4 млн рублей. Тот же «рафик» стоил шесть лет назад меньше.

Кстати, за последние годы доля автомобилей, мощность которых превышает 200 лошадиных сил, снизилась с 27 процентов вдвое.

Недовольство автомобилистов сейчас заметно. Возмущение спекулянтов, которые завозили машины пачками для перепродажи и при этом издевались на российским автопромом, еще заметнее. Ясно, что им придется искать другие источники дохода. На российские автозаводы они работать не пойдут − тесто не то.

Остается подождать, оправдается ли расчет правительства на то, что драконовский утильсбор заставит собирать китайских «драконов» в России, а также подтолкнет к развитию российской автомобильной промышленности. В сущности, Китай применял схожие меры, но там понимали, что одних запретов и заборов мало − нужны титанические созидательные усилия. Получится?

Андрей Торкунов