Почему не уберегли от взрыва брянские нефтебазы

Почему не уберегли от взрыва и нефтебазы в Фокинском районе? Знак вопроса накануне целый день выписывался черным дымом в небе. Что случилось? Что предпринять? За ответами на эти вопросы «Брянские новости» обратились прежде всего к специалистам. Потому что силовики пойдут своим путем.

Огонь над резервуарами (так называют работники трубопроводного транспорта, которые придерживаются своего профессионального языка, огромные емкости, не цистернами, не бочками, а именно резервуарами) − взметнулся в два часа ночи. В 2.35 на телефон редакции «Брянских новостей» позвонили, но пока не было ясности − что произошло?

Один столб дыма, точнее, черная змея, взвилась ближе к Московскому проспекту. Российские издания сообщили, что ночью беспилотники ВСУ якобы нанесли удары не только по резервуарам нефтебазы «Транснефть-Дружба», но и по цехам агрохолдинга «Куриное царство», которое принадлежит «ТД Черкизово». Но, как сообщили «Брянским новостям» в областном правительстве, эти сообщения не соответствуют действительности, никакого обстрела частного предприятия не было. Там нет ни военных объектов, ни емкостей с топливом. Вполне возможно, что произошла путаница, так как одна из нефтебаз, где случился пожар, расположена возле здания «ТД Черкизово».

Председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин дал поручение провести расследование всех обстоятельств пожара на нефтебазе в Брянске, в результате которого вспыхнули резервуары с дизельным топливом. На место пожара в Брянске отправлена группа следователей и криминалистов, которая после локализации огня приступит к осмотру.

«Следствию надлежит незамедлительно возбудить уголовное дело», – говорится в сообщении.

Было заявлено, что огонь локализован, пострадавших нет.

Ранее одна из нефтебаз, путь к которой вчера перекрыла полиция, принадлежала компании «Юго-Запад Транснефтепродукт». Много лет возглавлял его брянское отделение Анатолий Фролов − один из опытнейших специалистов. По его словам, безопасность базы нефтепродуктов всегда была на высоте. Множество правил писались так же, как правила дорожного движения − кровью. Фролов был уверен, что огню будет поставлен заслон, что и произошло.

Резервуары постоянно красятся, лишаясь ржавых подтеков, на их крыше устанавливается ограждение, регулярно меняется дыхательная арматура и пожарное оборудование. Сооружаются поддоны, которые препятствует испарению бензина. А почистить резервуар изнутри – огромные хлопоты. За два года использования емкости отложения на ее дне утолщаются до 5 сантиметров, соскребают до 20 тонн песка! Скребок – один из основных инструментов у рабочих, заменяющих изоляцию магистрального трубопровода. Сиди в траншее и очищай металл от битума до блеска. К сожалению, простенькая вроде бы задача долгие годы была не по зубам отраслевой науки. Если на трубы большого диаметра можно навесить очистительные и другие машины, то «макаронина» гнется.

За несколько десятилетий металл изнашивается, хотя резервуар стоит на месте. На каждый из них выдается паспорт, который гарантирует его надежную эксплуатацию. Это только непосвященным кажется, что работники трубопроводной системы могут ходить в белых перчатках. Нефтепродукты были и остаются опасными для человека. Человек волей-неволей вдыхает пары нефтепродуктов.

Перед работой бригаде выдается наряд-допуск, все должны расписаться в том, что не отступят от предписаний. Каждый транспортник знает, что, прежде чем спуститься в колодец, где установлена задвижка, нужно провентилировать его. В резервуары можно заходить только со взрывозащищенном фонарем, а возле люка нужно стоять только с надветренной стороны.

Сапоги должны быть подбитыми не стальными, медными гвоздиками. А как иначе бороться со статическим электричеством? Что испытывает сварщик, работающий на дне резервуара, из-под которого только что откачали взрывоопасные пары бензина?

Любая гайка должна быть сертифицирована. Что ни шаг, то правило. Все здесь «спец», все продумано до мелочей. Сфера деятельности намного шире простой эксплуатации трубопровода. Даже подъездные пути к объектам здесь специфичные, не говоря уже о требованиях, касающихся, например, резервуаров. Их дыхание жестко контролируется, для этого есть чуткие приборы. Но главную роль, конечно, играют специалисты.

В беседе с «Брянскими новостями» они утверждали, что все требования безопасности выполнялись. Почему же случились пожары? Потому что эти требования рассчитаны все же на мирную обстановку. Не на обстрелы. Если они были (это должно установить следствие), то это уже другой случай. Хотя даже подобные случаи в значительной степени учитываются при проектировании баз. Это касается и расположения резервуаров, и обвалования. Собственно, то обстоятельство, что пожар уже скоро удалось локализовать, и подтверждает: меры, предложенные инженерами были не напрасными. Что же касается момента возгорания, то запечатлела видеокамера.

На остальные вопросы общество должно получить ответы у правоохранителей и силовиков.

Дмитрий Данилов