В Брянске за много лет профессор Голованевский создал поэтический словарь Тютчева

Серьезного труда потребовало для профессора Брянского государственного университета Аркадия Голованевского создание поэтического словаря Ф.И. Тютчева. К этой работе он приступил еще в 2004 году.

Аркадий Голованевский − доктор филологических наук. Он публиковал свои труды в изданиях «Вестник Московского университета», «Филологические науки» и другие. Профессор Голованевский осуществлял научное редактирование «Брянского научного словаря».

Начиная составление словаря Тютчева, он полагал, что работа займет не менее пяти лет.

В своем творчестве поэт обошелся всего шестью тысячами слов. У Пушкина набралось вдвое больше, но, убежден профессор, не числом  слов измеряется величие поэта. У Тютчева сто раз звучит «душа» − и всегда с особым оттенком. Овстуг, родовая усадьба, расположенная на брянских землях, была  для Федора Ивановича «родимой», а Петербург, например, − «родной». Так поэт называл всякое место, где ему было хорошо.

– Мысль о  составлении словаря Тютчева − по подобию существующего словаря Пушкина – возникла у нас накануне двухсотлетнего юбилея  поэта, − рассказал ранее Аркадий Леонидович. – Язык Тютчева загадочен так же, как слог Лескова, и потому притягателен для исследователя. Ну разве не чудо – прочесть у Лескова: «…чужие земли похвалой стоят, а наша и хайкой крепка будет». Или у Тютчева: «Стократ она божественнее счастья…» После таких строк дух захватывает. Если говорить строго, то встречающиеся во всем наследии Тютчева около 11 тысяч словоупотреблений следовало бы помножить на десятки и сотни оттенков смысла, придающих строкам поэта дивную глубину.

Поначалу был составлен словник, в чем ученому помогали студенты. Потом приступили к словарю конкордансов, который отражает контексты, где  наблюдается значение тютчевского слова. Оказалось, что  для исследования только одной «души» во всех ее  поэтических проявлениях, нужно несколько месяцев.  Работа оказалась и захватывающей, и сложной. Университетское руководство в знак уважения выделило исследователям даже отдельное помещение, которое назвали кабинетом словаря Тютчева. У тех студентов-филологов, которые помогали профессору, появилась  великолепная возможность  пройти школу словаря, почувствовать прелесть «великого и могучего» русского языка. Но нужен ли словарь еще кому-нибудь, кроме самих ученых? Аркадий Голованевский убежден:

– Словарь  любой выдающейся личности открывает нам  возможности языка в целом. В нем множество тайн, в нем источник силы  образованного и любящего родную речь человека. Да, язык развивается народом, но отдельные представители народа выражают  самые важные тенденции. Как много иной раз  приходится переворошить произведений  Тютчева, чтобы определить единственное его слово, чтобы понять, как оно  родилось! Вчитываешься в сочинения Федора Ивановича, потом садишься за биографию Аксакова или других современников поэта. Это настоящее путешествие.