Брянских судей подвел крупный размер

Брянские судьи не разобрались с квалификацией и осудили человека за мошенничество в крупном размере, нарушения были выявлены вышестоящим судом. Обстоятельства дела стали известны «Брянским новостям».

Виктор Ягудин (фамилия и имя изменены – «Брянские новости») был осужден Володарским районным судом Брянска за мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное в крупном размере.

Было установлено, что осужденный создал в соцсети «ВКонтакте» несколько страниц под вымышленными именами: «Анна Товарова», «Екатерина Заказова», «Ольга Погодина», «Юлия Соловьева», «Садовод опт и розница, лучшие условия», «Посредник. Опт и розница».

С данных страниц он предлагал услуги по поиску, приобретению и дальнейшей пересылке гражданам одежды из ООО «Рынок». Потерпевшие перечисляли ему деньги, но свои обязательства Ягудин не исполнял. Всего потерпевшим был причинен имущественный ущерб на общую сумму 295 732 рубля.

Суд в Брянске посчитал, что преступление было совершено с единым умыслом, являлось длящимся. Ягудин был осужден на 2 года и 4 месяца лишения свободы. Областной суд оставил приговор в силе.

Первый кассационный суд общей юрисдикции отменил решения брянских судей.

В частности, кассационная инстанция отметила, что суд, говоря о причинении потерпевшим имущественного ущерба в крупном размере, «не указал, кому именно из потерпевших был причинен имущественный ущерб в крупном размере и не учел примечание 4 к ст. 158 УК РФ, согласно которому крупным размером в ст. 159 УК РФ, признается стоимость имущества, превышающая двести пятьдесят тысяч рублей, тогда как размер денежных средств похищенных [Ягудиным] у каждого из потерпевших не превышает 250 000 рублей».

Тройка судей кассационной инстанции указала, что в Брянске неверно квалифицировали деяние осужденного:

«… Суд не учел, что от продолжаемого хищения, состоящего из ряда тождественных преступных действий, совершаемых путем изъятия чужого имущества из одного и того же источника, объединенных единым умыслом и составляющих в своей совокупности единое преступление, следует отличать совокупность преступлений, на совершение каждого из которых у виновного формируется самостоятельный умысел».

Отменяя судебные акты, кассационная инстанция отметила, что в приговоре не указано, на что был направлен умысел осужденного, «не приведена какая-либо мотивация юридической квалификации его действий».

С учетом данных обстоятельств дело направлено на новое рассмотрение.