В Брянской области снова откроют медицинские вытрезвители

В Брянской области снова откроют вытрезвители. Соответствующий закон приняла Госдума. Он вступит в силу с 1 января 2021 года. Вытрезвители возрождаются на основе «государственно-частного партнерства», то есть за ночь в учреждении придется платить.

Документ дает областям с 1 января 2021 года создавать платные медицинские вытрезвители. Правила работы таких учреждений определит правительство России. Перед тем как препроводить пьяного гражданина в вытрезвитель, его должен будет осмотреть медицинский работник.

Из-за алкогольного опьянения в стране ежегодно гибнет более 50 тысяч граждан, в основном в трудоспособном возрасте, в том числе от переохлаждения на улицах − 8 − 10 тысяч человек.

Ночь в вытрезвителе будет стоить около 1,5 тысячи рублей.

Вытрезвители в России закрыли в 2011 году. Но борьба с этими учреждениями началась ранее, и она, как ни удивительно, связана с Брянском.

В 2001 году помощник легендарного депутата Василия Шандыбина Александр Коломоец, приняв лекарства, которые снижают давление, возвращался домой. Невесть откуда возник проницательный инспектор ППС, который, поводив носом, предложил проследовать «куда надо». Далее – обычная процедура. Какая-то бабушка провела медицинское освидетельствование – «речь бессвязна, зрачки расширены», потом «раздет принудительно», а поскольку оказал сопротивление и требовал адвоката, связали руки и успокоили. Это была милицейская версия. По словам же Коломойца, связали его, как черепаху, как с черепахой же и обращались, подарив несколько ласковых прикосновений. А к утру он потерял сознание. Врачи «скорой», вызванные в вытрезвитель, предложили отвезти его домой, и капитан Беликов уже не возражал, но велел клиенту написать в протоколе, что претензий к учреждению не имеет. Однако клиент имел: утром в поликлинике врачи установили, что у помощника депутата сотрясение мозга.

В это время, разбуженный звонком жены потерявшегося в пути Коломойца, начал неистовствовать, пытаясь обнаружить хоть какие-то следы, Василий Шандыбин. Все милицейские полковники и сам генерал ринулись искать помощника по злачным местам, наконец обнаружили его в заповеднике трезвости.

Тогдашний начальник УВД  Василий Фесунов был вынужден огорчить тезку Шандыбина правдой. Однако милицейская правда здорово разошлась со свидетельствами страдальца. И суть даже не в том, что  полковники обиделись на Александра Дмитриевича, который якобы еще не заплатил за услуги «мойки», хотя квитанцию о комфортном времяпрепровождении ему выдали сразу же. Столкнувшись впервые в жизни с медвытрезвителями, бывший офицер ВМФ  Коломоец задумался о шансах российских граждан, даже трезвенников, попасть в «мойку».

Углубившись в изучение вопроса, помощник депутата сделал несколько открытий. Выяснилось, что вытрезвитель, значась как медицинское учреждение, не имеет лицензии. Никаких следов государственной регистрации у него тоже не было. В налоговой инспекции пояснили, что этот летучий голландец стоит у них учете как заведение, которое создано «при» Бежицком РОВД.

− Я пришел к выводу, что «мойки» у нас вообще вне закона. Это же малина какая-то, где издеваются и дерут деньги  якобы за медицинские услуги, − рассказал тогда Коломоец. − По сути, меня задержали, а при задержании должен составляться и соответствующий протокол. Но то, что называют протоколом при помещении человека в вытрезвитель, – бумага, утвержденная пятнадцать лет назад. Задержанного в ней называют «нарушителем», но что я нарушил? И на каком основании у меня изъяли паспорт, ключи от квартиры, даже удостоверение к медали – государственной награде?

Но еще за три года до этого случая, выступая в Госдуме, заместитель министра внутренних дел П. Латышев сказал, что в России отсутствует законодательство, связанное «с оказанием специальной помощи гражданам, находящимся в состоянии опьянения». Тогда же министерство и предложило принять нужный закон, но депутаты, сплошь страдающие трезвостью, сочли затею излишней. Между тем заместитель Генерального прокурора М. Катышев, изучив статистику гибели людей в помещениях органов внутренних дел, пришел к выводу: «Больше всего граждан умерло в медвытрезвителях, ИВС, дежурных частях, комнатах административно задержанных…Так, Исаев А.В. был доставлен… в медицинский вытрезвитель № 2 САО  г. Москвы в нетрезвом состоянии. На следующий день Исаева поместили в больницу, где он скончался от закрытой черепно-мозговой травмы. Однако никакой проверки фактически не проводилось».

За ночь в клоповнике клиент платил в 2001 году сотню рублей – это половина стоимости двухместного номера с душем в брянской гостинице.

Тогдашний начальник Бежицкого РОВД Николай Барабанов отверг обвинения Александра Коломойца, сообщив, что суд отверг его исковые требования, в которых он просил признать неправомерными действия сотрудников милиции. Однако выяснилось, что разбирательство еще предстоит.

Александр Коломоец тогда намеревался добиваться через суд и закрытия медвытрезвителей со всеми его обидчиками. Депутаты Госдумы направили Генеральному прокурору запрос в связи с приключениями помощника депутата Шандыбина. Потом скандал понемногу угас.

Многие убеждены, что в России без вытрезвителей не обойтись. Однако новый закон должен учитывать печальный опыт, в том числе и брянский, чтобы свои права четко знали и граждане, и правоохранители.