Радиационная древесина брянских лесов стала миной замедленного действия

В чернобыльской зоне Брянской области скопилось около миллиона кубометров спелой и перестойной древесины. Что с ней делать, никто не знает. Сейчас задача состоит в том, чтобы не допустить там пожаров. 

Еще пятнадцать лет назад лаборатории радиационного контроля, работавшие в нескольких лесхозах Брянской области, впервые зафиксировали  цезий-137 в древесных кольцах 1984 года, то есть образовавшихся до Чернобыля. Означало это, что в каких-то местах радионуклиды опустились на глубину около 20 сантиметров и впитываются корнями. Впрочем, тогда специалисты  заявили, что пока  речь идет о единичных случаях и окончательные выводы делать не следует.

Лесники доказывали, что после 2008 года древесина чернобыльской зоны накопит столько цезия, что ее нельзя будет использовать. Лесников заподозрили в желании обогатиться за счет бесконтрольных вырубок. Тогда же специалисты челябинского объединения «Маяк», где несколько десятилетий велись изучения последствий радиационного загрязнения почвы, заявили, что как раз к 2008 году и следует ждать снижения удельной активности древесины на чернобыльских землях. Заключение самого авторитетного института отрасли – «ВНИИлесхоза» – гласило: «К 2008 году возможность увеличения содержания цезия-137 в древесине исключена, а его удельная активность уменьшится за счет естественного радиоактивного распада на 17 процентов». 

Почти 30 процентов брянских лесов – 228 тысяч гектаров находятся в радиационной зоне. В тот период уже скопилось полмиллиона тысяч кубометров спелой и перестойной древесины. Еще 800 тысяч кубометров – погибший молодняк. Он не выдержал болезней и, быть может, воздействия Чернобыля. 

До 1988 года цезий содержался только в коре и хвое. Но когда радионуклиды проникли в дочернобыльские кольца, специалисты снова заговорили о том, что перерабатывать древесину на территориях с высокой плотностью загрязнения – до 40 кюри на квадратный  километр можно будет ограниченное время. Теперь уже и это время прошло. В Красногорском районе удельная активность окоренной березы и осины повысилась в 8 – 9 раз. Даже дуб набрал цезия в три с половиной раза больше. Древесину из радиационной зоны  продают как условно чистую. Ее экспорт затруднителен. Зона мертвого древостоя  расширяется с каждым годом. В чернобыльских программах капитальные вложения в зеленую отрасль вообще не были предусмотрены. Между тем, радиометр работника Злынковского лесхоза однажды показал запредельную дозу, которую тот получил за несколько месяцев блуждания по дебрям. 

Несмотря на это, сейчас, по сути, ничего не предпринимается. Ясно, что радиационные леса должны стать заботой всего государства. Но почему-то молчит областная дума. Да и вообще внимание к этой теме угасло с той поры, когда был упразднен чернобыльский комитет. Ликвидировали его лишь для того, чтобы лишить должности неугодного председателя – Людмилу Комогорцеву, которая постоянно поднимала вопросы о радиационной зоне. Теперь среди депутатов воцарилась тишь и благодать, они предпочитают не замечать зараженных лесов.

Фото: «Брянские новости»