Брянский кузнец: Просьбу сделать клинок для главы Ингушетии посчитал шуткой

Брянский кузнец Александр Тыртов, который выковал клинок для подарка главе Ингушетии Юнус-Беку Евкурову и топорик, подаренный известному певцу-патриоту Николаю Емелину, рассказал «Брянским новостям» о том, как осваивал кузнечное ремесло, с какими трудностями приходится сталкиваться в работе и как готовил подарки для знаменитых людей. Сегодня 33-летний мастер делает уникальные вещи, многим из которых нет аналогов в мире. 

− Александр, минувшим летом главе Ингушетии Юнус-Беку Евкурову подарили изящный клинок, сделанный вашими руками. Поведайте историю этого презента.

− Ко мне обратился знакомый, с которым мы давно общаемся – директор проекта М-1 и тренер спортсмена из Ингушетии Он предложил мне сделать на заказ клинок для главы Ингушетии – оружие в традициях турецких палашей. Сначала это предложение я принял за шутку, но, как выяснилось, товарищ мой вовсе не шутил. Я обратился к различным источникам, дабы понять, как выглядит такой клинок, а затем взялся за дело. Трудился около недели по двенадцать часов в день. Время поджимало, поэтому требовалось успеть выполнить заказ. Было не просто – работал в небольшом помещении в тридцатиградусную жару, как в бане. Я сделал само железо без сборки – клинок, крестовину. Полученный клинок заказчик передал на дальнейшее оформление и сборку. Выбор пал на меня, наверное, потому что занимаюсь эксклюзивной ручной работой. Я практикую традиционное кузнечное ремесло – без механических молотов и газовых горнов. Прежде я уже делал на заказ подобный подарок для генерал-полковника Валерия Капашина на открытии химзавода в Почепе, а вот для главы региона трудился впервые. Приятно, что мою работу оценили на таком уровне.

− На днях в Брянске впервые состоялся концерт автора-испопнителя Николая Емелина, под песни которого выходят на ринг боксёр Александр Поветкин, бойцы Фёдор Емельяненко и наш непобедимый земляк Виталий Минаков. Во время концерта вы вручили певцу топорик, сделанный вашими руками. Расскажите о подарке для артиста.

− Топорик был откован от души − на одном дыхании. Так бывает, когда делаешь подарки для очень хороших людей. Эта работа − полностью ручная ковка, на древесном угле. Топорик делался из нескольких разных сортов стали, сваренных в единое целое, по одному из возможных вариантов изготовления топора на Руси в 10 − 11 веках. Подарок рождён из четырех стихий умелыми руками мастера-ремесленника в дар хорошему певцу и музыканту Николаю Емелину.  

−  Для вас ручная ковка − это работа или же просто хобби?

− Кузнечное дело – это для меня теперь уже, скорее, работа. Начинал я трудиться на Брянском машиностроительном заводе, но его полностью развалили. От бывшего БМЗ, где были три производства, остались один-два сборочных цеха, которые сами ничего не производят, а всё делают из покупных деталей. Я работал на дизельном производстве, но в 2009 году его сократили. Надо было куда-то двигаться дальше, чем-то заниматься. Судьба свела меня с известным кузнецом-клиночником Владиславом Матвеевым, который обучил меня азам ремесла. С 2007 года, тогда ещё работая на БМЗ, я параллельно учился у Матвеева. Мне была интересна ножевая работа, причём, именно историческое направление – реконструкция старинного оружия. После БМЗ я некоторое время поработал геодезистом, однако кузнечное дело уже не бросал. А в 2012 году получил лицензию предпринимателя и стал изготавливать ножи,  но только уже не в мастерской Матвеева, а у себя дома. Получив необходимые знания, уже развивал направление традиционной ручной ковки. 

− Работа в кузнице требует не только мастерства, но и огромного терпения, не так ли?

− Безусловно. Механическим 80-килограммовым молотом бабахнул – железка готова. А ручная ковка занимает гораздо больше времени и требует куда больших физических сил. Но зато сейчас я могу в  голом поле в любых условиях выковать практически любые изделия, которые изготавливали средневековые кузнецы. Достаточно прямо на месте сделать из брёвен станину, куда крепятся меха, вбить в подходящий пень наковальню – и можно спокойно приступать к работе. Но, конечно, всему этому надо учиться, набивать руку. Человек, который ни разу не занимался ковкой, ничего сделать, понятно, не сможет. Конечно, даже у мастеровитого кузнеца никогда ничего не получится на сто процентов. На сто процентов без брака выходит только у людей, которые работают языком. Всё требует времени и терпения. Не вышло с первого раза – выйдет со  второго. Только забрасывать не надо: старайся, пробуй разные варианты. 

− Какие вещи вы делаете?

− Топорики туристические, наконечники, клинки для ножей, орудия для спортивных турниров и быта, различные сувениры. В общем, всё то, что позволяет предпринимательская лицензия в рамках нашего законодательства.  

− Насколько  сегодня востребована традиционная ручная ковка?

− Честно вам признаюсь – занимаюсь этим только потому, что мне интересно. Работа трудозатратная, и, к сожалению, она не окупается. В Брянске очень сложно найти покупателей. За время работы я в нашем городе продал всего пару топориков. Если на сто заказов один будет из Брянска – уже хорошо. Заказы же поступают в основном из крупных городов от коллекционеров или тех, кто занимается туризмом. Это узкий круг людей, ценящих ручную работу, а не китайскую штамповку, которую в магазинах продают в общем-то за те же самые деньги. Ну, может быть, чуть дешевле.

− Но большинство покупателей выбирает как раз штамповку. Почему?

− Многим хочется приобрести побольше и за меньшую цену. Любое изготовление ножей начинается с того, что ты берёшь железо и начинаешь его ковать. Уже потом идёт слесарная работа и сборка. Да, сейчас многие так называемые мастера идут по более простому пути. Они не начинают с ковки, а берут лист металла и режут его лазером. Но это совершенно не то. По сравнению с ручной ковкой, можно сказать, суррогат. Человек называет себя мастером: вот сделал с помощью лазера кучу железок, а заодно − себе рекламу. За то время, за которое он изготовит сто ножей, я, занимаясь ручной ковкой, сделаю всего лишь десять-пятнадцать. В этом плане проигрываю очень сильно, что очень хорошо понимаю.

− Вы ведёте в соцсети «ВКонтакте» группу «Брянский коваль». Много ли у вас в интернете единомышленников?

− Да, в группу заглядывают люди, которым это интересно. Увы, не проявляют интереса земляки. В основном, пишут из Москвы, Питера, Ростова, Самары, Нижнего Новгорода, сейчас из Крыма народ подтянулся. Конечно же, общаюсь в сети с другими мастерами.

− Обмениваетесь профессиональными секретами? 

− Я занимаюсь кузнечным ремеслом достаточно давно, так что мне достаточно посмотреть, что за изделие человек сделал, а уже варианты технологии ковки и сам могу просчитать. С белорусами вот интересно пообщаться – у них достаточно сильные мастера. На Украине тоже есть умельцы. На профессиональную тему с ними поговорить ещё можно, если только не касаться в беседе политики. 

− Планируете в будущем освоить новые направления кузнечного ремесла?

−  Оно  в любом случае требует постоянного развития, останавливаться на месте нельзя. Не будешь же всю жизнь ковать только гвозди. Так, в 2012 году для меня нынешний уровень был недостижим – в чистом поле сковать наконечник для копья из дамасской стали. Следующий очень сложный шаг – художественная ковка. Проблема в том, что работаю один, а некоторые изделия можно изготовить только в паре с помощником.  Ещё один важный момент: нет помещения, приспособленного для работы. Если бы властям города это было интересно, то можно было бы успешно развивать не развлекательное, как клуб «Кветунь», а кузнечное ремесленное направление исторической реконструкции – скажем, в рамках патриотической работы с молодёжью. А лично мне бы хотелось представить свою работу не только на брянских и всероссийских, но и на международных фестивалях, чтобы показать: наш российский мастер способен своими руками выковать ту же вещь ничуть не хуже, а то и лучше, скажем, английского или немецкого кузнеца.  Так что посмотрим, как сложится. Во всяком случае, есть, куда стремиться. 

Фото: «Брянские новости», соцсети