Елку размазали

Они убили праздник. Он называется Новый год. Они его убили.

Лукавая суть в том, что они начали устанавливать в городе елки уже в ноябре. Это все равно что проводить чемпионаты мира по футболу каждый месяц. Даже Клим Чугункин, вождь мизантропического племени блистательных посредственностей «Брянск та Бежица», ведает, что для душевного подъема нужно созреть. Нужно ждать четыре года, чтобы созревший футбольный джинн вырвался из сосуда твоей груди, озарив все вокруг восторгом.

Устанавливать елки и развешивать на них пластмассу в ноябре –  это все равно что пить вино уже через неделю после того, как виноградные выжимки залиты в меха.

Первую елку я увидел давным-давно около гипермаркета «Линия». Снега не было. Дерево уныло рассматривало серый асфальт и пакеты, которые тащили рабы харчевания. Картина наводила тоску.

Чую, скоро они будут устанавливать свои елки уже в июле. Чтобы пустоголовые менеджерихи делились радостью надвигающегося праздника и заранее записывались к стилистам для покорения чугункиных неприступностей. Они уже растягивают серпантины в своих «офисах» с началом осени.

Новый год нельзя размазывать. Елка, установленная за три дня до 31 декабря, еще обдает вас запахом хвои. Предпраздничье, сжатое до недели, дарит тот самый восторг чемпионата, который проводится только раз в четыре года. Мы с Чугункиным об этом знаем лучше всех, лучше провальных брянских динамовцев и не менее провальных культурно-торговых деятелей, которые убивают наш Новый год. Им надо шить статью 105 Уголовного кодекса. Она предусматривает убийство. Шить этим торговым боссам, этим дубинноголовым чиновникам, этим менеджерихам. Теперь я понимаю, почему в Брянске мало снега. Это из-за них. Они все размазали снег тонким слоем на подобие зимы.

Мы с вождем сплетниц обоего пола Климом Чугункиным возбуждаем против них елочное дело. Мы будем биться за то, чтобы вернуть народу настоящую русскую зиму и настоящий Новый год.

К. Ревизор