Скворец-насмешник

В один год пришлось мне почти весь апрель прожить в небольшой, в три десятка домов, деревушке Гальцово на краю Владимирской области. Познакомился здесь с местными охотниками, ходил с ними на тетеревиные тока, на тягу вальдшнепов. Причём на тетеревов там охотятся не классическим способом из шалашей, а нагоном: стрелки становятся на местах возможного пролёта чернышей, а загонщик, зайдя с противоположной стороны от тока, страгивает краснобровых иссиня-чёрных петухов. Понятно, что стрельба по быстро летящим косачам несравненно труднее, чем по сидящим на земле. Так уж вышло, что я из незнакомого мне старого ружья, сделанного в начале двадцатого века французскими мастерами, сбивал с первого выстрела и тетеревов, и вальдшнепов. Вследствие чего местные охотники прониклись ко мне уважением за умение владеть оружием. Вспоминаю я те быстро пролетевшие три с небольшим недели с тихой грустью: доведётся ли хоть раз побывать в тех местах? А ещё с улыбкой. Почему?

Каждый день у меня начинался с утренней короткой прогулки по сбегающему к ручью приусадебному участку за домом. За ручьём, заросшим кустами ивы, виднелись небольшие рощицы. В начале приезда почти везде белели лоскуты снега, с каждым днём они уменьшались, и я с нетерпением ожидал, когда же зазеленеют кусты и деревья. А ещё я слушал скворца, поселившегося в соседнем саду почти рядом с границей участков. Скворцы одни из первых певчих птиц, возвращающихся на родину после долгой зимы, поэтому и слушаешь их с таким удовольствием. Известны они и как великие мастера подражания голосам птиц, этот же своим умением несколько дней водил меня за нос.

В первое утро, только я собрался уходить с огорода, слышу вдруг − дикая утка крякает. Кручу головой, пытаясь увидеть её, летящую. Увы… Подобная история повторилась и на другое, и на третье утро… Однажды, обследуя взглядом окрестности в поисках утки- невидимки, я случайно взглянул на скворца. А тот, вроде как насмешливо, косит на меня глазом. Словно насмехается. И тут я понял, откуда доносится утиное кряканье.

Назавтра я был настороже. Услышав знакомый звук, сразу же воззрился на певца.

− Ах ты, шельмец, кончились твои шуточки!

Скворец замолчал, посмотрел на меня, чуть склонив голову, и … завёл обычную песню.

В его пении и в последующие дни я слышал утиное кряканье и как мальчишка опять «клевал» на обман, и тогда посмеивался над собой. А иногда ловил себя на мысли, уж не знает ли он о моей охотничьей страсти? И не потому ли устраивает эти розыгрыши? Хотя понимал, что есть простое объяснение происходящему, но… Наверное и взрослым в жизни иногда хочется чего- то необычного.

Анатолий Гуляев