В брасовском музее открылась выставка ветерана брянской милиции

Прапорщик милиции в отставке Виктор Николаевич Амелин из брасовского посёлка Локоть  не является членом каких-либо творческих объединений,  но практически всю жизнь занимается изобразительным искусством. О своём творчестве он отзывается иронично: «Чем больше я рисую, тем больше понимаю, что ничего не умею».

Крестьянская скромность, немногословность достались нашему герою от отца Николая Николаевича Амелина. Простой русский мужик всю жизнь трудился на земле и приучал к этому своих сыновей с детства.

Ровесников в поселке Майский жук Брасовского района было немного, поэтому маленький Витя искал, чем заняться. И нашёл. Он стал рисовать. Несмелые наброски сельских пейзажей, зарисовки  местных жителей постепенно стали приобретать чёткие очертания. Первой  серьезной работой  семиклассника Вити Амелина стал портрет брата. Отец, вернувшись с работы поздно вечером, когда дети уже спали, увидел на столе рисунок сына. А утром отнёс этот листок показать товарищам и получил одобрительные отзывы.  Вечером вернулся в хорошем настроении, гордясь за сына.

– Молчаливое одобрение отца стало определяющим, – вспоминает Виктор Николаевич. – Тогда я поверил в себя и продолжил рисовать.

Технике рисования Амелин нигде не учился. По книжкам, журналам, случайно увиденным тематическим передачам по телевизору и проходило его самообразование. В конце 80-х он сумел поступить в заочную художественную академию в Москве, но с развалом СССР это учебное заведение закрылось.
Родился Амелин в селе Медвежье затем несколько лет  жил в крымском Зуе, а затем вернулся на родину.

– К сожалению, на карте уже нет этих  сёл, – с грустью говорит он. –Сейчас я увлекся объёмным рисунком, и в будущем нарисую эти сёла , выражаясь современным языком, в формате 3D, чтобы они остались в истории хотя бы на бумаге.

В армию парня призвали в 1978 году.  Служил он в Псковской дивизии ВДВ, а после службы Амелина  пригласили на работу в Брасовский отдел милиции.
Начинал Виктор Амелин в специальном межрайонном приемнике, который позже будет переименован в изолятор временного содержания. И практически всю свою двадцатилетнюю службу общался со спецконтингентом. Милиционер изучил значение татуировок, по речи мог определить, кто перед ним из криминальной иерархии. Среди его «подопечных» были и рецидивисты, и мелкие жулики, и пьянчуги. Однажды даже местный «авторитет» временно изолировался в ИВС, где служил Амелин.

– Чтобы профессионально не «деформироваться», не растерять себя, нужно уметь отвлекаться, переключаться от работы на что-то другое, –  говорит  Амелин. – У меня это получалось…

Во время ночных дежурств, когда «подопечные» спали, он продолжал совершенствовать рисунок. Так, в галерее Виктора Николаевича стали появляться портреты коллег, «милицейские натюрморты» и автопортреты. В те дни Амелин пробует освоить и рисование красками. Но простой карандаш и черная шариковая ручка для художника все-таки оказались ближе. И больше он никогда не пользовался цветом – только графика.

В один день с Виктором Амелиным в Брасовский РОВД устроился и Иван Самохов. Чуть позже пришел Вадим Венецкий. И с тех пор три друга идут по жизни вместе. У двоих даже закрепились характеризующие их прозвища – Иван-надёжа и Виктор-опора.

Помимо основных должностных обязанностей друзья исполняли роль летописцев райотдела. Они фотографировали все мероприятия, готовили праздничные стенгазеты, одним словом, запечатлевали историю брасовской милиции. И даже сейчас, находясь на заслуженном отдыхе, продолжают начатое. А вместе с этим занимаются краеведением, помогая в поисках экспонатов для районного историко-краеведческого музея.

Фотографировать Виктор начал практически с первых дней службы в РОВД. Увлек его Иван Самохов, который на тот момент уже освоил азы фототехники. Со штатной «Сменой» выезжал на места происшествия и эксперт-криминалист Вадим Венецкий. Кстати сказать, Амелин и сам неоднократно проводил фотофиксацию последствий квартирных краж или убийств. Это случалось, когда в районе совершалось сразу несколько правонарушений, а специалистов не хватало.

– Амелин помогал криминалистам не только с фото, – вспоминает Вадим Венецкий. – Он детально прорисовывал портреты подозреваемых со слов потерпевших. Благодаря его таланту удалось установить и задержать нескольких злоумышленников.

 

– Виктор и мне не раз помогал вязать жуликов, – подхватывает разговор Иван Самохов. – Помню, как он со второго этажа за рецидивистом сиганул. Сразу видно – десантура!

Было это в конце 80-х. Из-за постоянной нехватки специалистов к исполнению отдельных обязанностей привлекали сотрудников из других подразделений. Дежурный ИВС Амелин за двадцатилетнюю службу побывал и опером, и экспертом-криминалистом, и кинологом…

Вот и в тот день его направили вместе с Самоховым на адрес, где, по оперативным данным, должен был находиться подозреваемый – вор-рецидивист. Милиционеры вошли в квартиру. В углу, в куче тряпья, Виктор Николаевич заметил неясный силуэт.  Подошел. До этого скрывавшийся, человек вскочил и бросился бежать… через окно. Этаж второй. Пригодилась армейская спецподготовка – Виктор прыгнул вслед за убегавшим.

– Мне показалось, что Витя на землю приземлился даже раньше, чем жулик, – с улыбкой продолжает Самохов. – Тот от неожиданности стал как вкопанный. А когда пришел в себя, уже был в наручниках. Еще пребывая в шоковом состоянии, пробурчал: «Ну и милиция, никуда не скроешься, не сбежишь».

Даже на пенсии ветераны органов внутренних дел Амелин, Самохов и Венецкий, придерживаясь старого правила, что бывших милиционеров не бывает, готовы пресечь любое правонарушение. Как это случилось однажды на школьном выпускном. Сыновья Виктора Николаевича и Ивана Петровича окончили школу в один год. И вот в разгар празднества завязалась потасовка среди отдыхающих. Один из гостей схватил разбитую бутылку за горлышко и стал размахивать ею. Амелин и Самохов предприняли попытку успокоить дебошира. Пока второй отвлекал неадекватного парня, первый незаметно подкрался к нему сзади и скрутил разбушевавшегося молодчика.

Кроме того, что Виктор Николаевич планирует в рисунках воссоздать свои родные села Майский жук и Медвежье, в его планах нарисовать имение князя Михаила Романова, которое когда-то находилось в посёлке Локоть. По сохранившимся редким фотографиям, рисункам, репродукциям Амелин попытается изобразить поместье царской семьи.

Еще Виктор Николаевич занялся архитектурой. Сам художник в шутку признаётся:

– Чтобы претворить в жизнь мои проекты, нужны специальные знания. А так как я самоучка, то рисковать здоровьем людей не хочется. Вдруг мои постройки развалятся? Поэтому свои идеи  воплощаю только на бумаге.

Самоиронии нашему герою не занимать. Один из его проектов все-таки был реализован. Недавно он закончил строить (сам!) двухэтажное здание – летнюю кухню на первом этаже и художественную студию на втором. Кстати, в свое время на этом месте располагалась летняя кухня, построенная родителями Виктора.

Глядя на Виктора Амелина не сразу поверишь, что перед тобой – ветеран органов внутренних дел. Больше он напоминает священнослужителя. Свою внешность Виктор Николаевич до сих пор и сам понять и объяснить не может. Еще в армии короткостриженному солдату приснился сон: он увидел себя через два десятка лет с бородой и длинными волосами. А вскоре изобразил очередной автопортрет с таким непонятным для себя образом. И сегодня эта работа в числе многих выставлена в Брасовском историко-краеведческом музее. Все, кто интересуется изобразительным искусством, могут познакомиться здесь с рисунками художника-любителя, ветерана органов внутренних дел Виктора Амелина.

Директор музея Семен Бобков  радушно встречает всех посетителей. Он говорит, что такие выставки не просто восхищают, но еще и вдохновляют многих гостей краеведческого музея.

По материалам пресс-службы регионального УМВД