Мэра Чернигова обвинили в сепаратизме за книги на русском языке

Мэр украинского Чернигова Александр Соколов − с подозрительно неукраинской фамилией − попал в черный список сепаратистов, который составляют националисты. Пополнил список пулеметчик Александр Шевченко, который участвовал в карательной операции на Донбассе и приобрел там нечеловеческую прозорливость. 

В интервью телевизионщикам проницательный Шевченко заявил, что мэр Чернигова Александр Соколов вполне может оказаться сепаратистом. Пулеметчик вычислил его очень легко – по картинкам, портретам и книгам в служебном кабинете градоначальника. То есть как  только зашел в кабинет, как вдохнул воздуха, так сразу и понял: здесь русский сепаратный дух, здесь Русью пахнет. 

Главным доказательством стали книги на русском же языке. Более того, даже в отделке кабинета было что-то москальское – то ли панели в цвет кремлевской стены, то ли плинтусы оттенка брусчатки на Красной площади. Проницательный пулеметчик объяснил несмышленым журналистам, что на гражданской войне они в два счета раскусывали сепаратистов.  Их сразу сдавали опричникам СБУ. А вот в Чернигове, видите ли,  мэра не могут взять под белы руки, хотя даже форма головы, похожая на ядро Царь-пушки, неопровержимо свидетельствует: не за едину Украину. 

Пулеметчик настоятельно посоветовал репортерам проверить мэра на сепаратизм, и те в сопровождении юных бандеровцев отправились на пробу. 

Градоначальника в кабинете не было, потому экскурсию проводил его заместитель Станислав с подозрительно русской фамилией Вихров и пресс-секретарь мэра Ирина Синельник, которая под подозрение попала не сразу, а лишь тогда, когда, показывая книги, пыталась убедить, что украинская история – это часть общей российской истории, ведь были когда-то одним государством. 

На столе градоначальника стоял портер внука, икона, пепельница с неопасной надписью «Гетьман». Книжный шкаф сверху охранял Петр Порошенко, точнее, его рошенликое изображение. Ирина Синельник была вынуждена объяснить, почему на полке стоит книга «Советский солдат», а Вихров норовил наступить юной команде, которая очень повторяла группировку Швондера, на мозоль: 

− Пушкин – это сепаратист?

Возражений не последовало, очевидно, по той причине, что бандероносцы не знали, кто это такой – Пушкин.

Тут на пороге появился сам Соколов. Его сразу же попытались взять за шею. Он должен было объяснить, что имел в виду пулеметчик и где на него, мэра, искать улики.

−  Какие конкретно книги? Картины? – спросил почти разоблаченный градоначальник.

За отсутствием пулеметчика гвардия Швондера несколько растерялась и не смогла изобличить мэра с подозрительно все же русской фамилией.

− Ничего не увидели, − вынужденно сдались юные бандеровцы. 

Но это ничего не значит. Пулеметчик-то увидел. Революционное зрение не подведет – в следующий раз Соколову не скрыть своего сепаратисткого взгляда. Сюда смотреть! 

Заря новой жизни поднималась над Украиной – расово чистой, монолитной, незалежной, без всяких там соколовых и пушкиных.