Выбор редактора

17 апреля 2014, Четверг, 17:27

Президент сказал, что «нужно выдать замуж» свою брянскую избранницу

Президент сказал, что «нужно выдать замуж» свою брянскую избранницу

Сегодня почти четыре часа в эфире «Первого канала», телеканалов «Россия 1» и «Россия 24», радиостанций «Маяк», «Вести FM» и «Радио России» проходила «Прямая линия с Владимиром Путиным». Большинство вопросов касалось, конечно, Крыма и Севастополя, однако спрашивали и о личном. В одном из ответов Владимир Путин коснулся семейной жизни.

У президента спросили, скоро ли страна может увидеть первую леди. Президент после небольшой паузы решил отшутиться:

- Мне сначала свою бывшую жену, Людмилу Александровну, замуж надо выдать, а потом уже и о себе подумать.

Людмила Путина имеет непосредственное отношение к Брянской области – здесь в деревне Шняки Стародубского района родился ее отец Александр Шкребнев. А маленькую Людмилу крестили в церкви соседней деревни.

Предлагаем еще несколько ответов президента.

К.КЛЕЙМЁНОВ: Итак, Украина. События там разворачиваются с невероятной, иногда просто пугающей скоростью. Ну, пожалуй, что два месяца назад, во время Олимпиады, 17 февраля, никто из нас не мог предположить, что к сегодняшнему дню Крым будет частью России, а на востоке Украины местные жители будут буквально руками останавливать бронетанковые колонны, которые отправлены туда по приказу из Киева.

Поэтому, Владимир Владимирович, первый вопрос совершенно очевидный. Как Вы оцениваете то, что сейчас, сегодня, в эти минуты происходит в Луганской, в Донецкой областях?

В.ПУТИН: Для того чтобы дать характеристику этим событиям, я позволю себе вернуться чуть-чуть назад, что же произошло в Украине за последнее время. Мы знаем, что в своё время Президент Янукович отказался подписывать документ об ассоциации с Евросоюзом, но он не отказался даже, а сказал, что он на таких условиях не может подписать, потому что это будет резко ухудшать социально-экономическое положение Украины и граждан страны. И заявил, что ему нужно подумать и поработать над этим документом вместе с европейцами. Начались известные беспорядки, которые привели в конечном итоге к антиконституционному перевороту, к вооружённому захвату власти. Это кому-то понравилось, а кому-то нет. И на востоке, и на юго-востоке Украины люди забеспокоились за своё будущее, за будущее своих детей, имея в виду, что они наблюдали и всплеск национализма, и угрозы в свой адрес, и желание отменить некоторые права национальных меньшинств, в том числе русского меньшинства. Хотя это условно, потому что всё-таки русские в этой части Украины всё-таки являются коренными жителями. Но была предпринята сразу попытка отменить решения, связанные с использованием родного языка. Это всё, конечно, людей насторожило. Что дальше стало происходить?

Вместо того чтобы наладить диалог с этими людьми, на места губернаторов, руководителей регионов из Киева прислали своих назначенцев. Это местные олигархи, миллиардеры. Люди и так к олигархам относятся с большим подозрением и считают, что они нажили свои миллиарды, эксплуатируя народ и разворовывая государственное имущество, а тут ещё их прислали в качестве администраторов, руководителей целых регионов. Конечно, это вызвало дополнительное недовольство. Люди начали выдвигать из своей среды лидеров. Что сделала власть с этими лидерами? Пересажала всех в тюрьму. И это на фоне того, что националистические формирования не разоружаются, а наоборот, начали всё больше и больше угрожать применением силы на востоке. На востоке люди сами начали вооружаться. И вместо того чтобы осознать, что происходит нечто неладное в украинском государстве, и предпринять попытки к диалогу, начали ещё больше угрожать силой и дошли до того, что двинули на гражданское население танки и авиацию. Это ещё одно очень серьёзное преступление киевских сегодняшних властителей.

Надеюсь, что удастся всё-таки понять, в какую яму, в какую пропасть движется сегодняшняя власть и тащит за собой страну. И в этом смысле считаю очень важным начало сегодняшних переговоров, потому что, на мой взгляд, очень важно сегодня вместе подумать на тему о том, как выходить из ситуации, предложить людям вот этот настоящий – не показной, а настоящий – диалог. Ведь сегодняшние киевские руководители приезжают на восток, но с кем они там встречаются? Они встречаются со своими назначенцами. Так для этого не надо в Донбасс ехать, для этого достаточно вызвать их в Киев и провести там совещание. С людьми надо разговаривать и с их реальными представителями, с теми, кому люди доверяют. Надо выпустить всех из тюрем, помочь людям организоваться, выдвинуть дополнительных лидеров и начать диалог.

Вот на востоке говорят о федерализации, в Киеве уже, слава богу, говорят о децентрализации. А что за этими словами? Нужно сесть за стол переговоров и понять, о чём идёт речь, и найти решение. Только в ходе диалога, в ходе демократических процедур, а не с использованием вооружённых сил, танков и авиации можно навести порядок в стране.

К.КЛЕЙМЁНОВ: Пока диалог начинается между дипломатами, и только что в Женеве открылась четырёхсторонняя встреча Россия – Соединённые Штаты – Евросоюз – Украина. Россию там представляет Сергей Лавров. Можете в нескольких словах обрисовать, на каких переговорных позициях Россия стоит?

В.ПУТИН: А вот я сейчас их и обрисовал. Мы исходим из того, что это должен быть не показной диалог самих с собой представителей власти, а с народом, и поиск этих компромиссов, о которых я уже говорил.

К.КЛЕЙМЁНОВ: Что Вы ответите на заявления, которые звучат на Западе и в Киеве о том, что за выступлениями на востоке Украины стоит Россия, буквально «рука Москвы» и организует это, и финансирует? И более того, утверждается, что там действуют некие российские подразделения.

В.ПУТИН: Чушь это всё! Нет на востоке Украины никаких российских подразделений, нет специальных служб, нет инструкторов. Это всё местные граждане. И самым лучшим доказательством этому является то, что люди, что называется, в прямом смысле слова сняли маски. И своим западным партнёрам я сказал: «Им некуда уходить, они никуда не уйдут, они хозяева этой земли, и нужно разговаривать с ними».

М.СИТТЕЛЬ: К юго-востоку мы ещё наверняка вернёмся сегодня, по ходу нашего разговора. А пока о Крыме, о том, как было принято Вами решение по Крыму. Ведь за всё время Вашей политической карьеры Вы даже намёка не давали на тему Крыма. Наверняка думали об этом, но в частных беседах даже не упоминали Крым.

Как было принято решение? Расскажите об этом ещё раз. Был ли кто-то против из Вашего ближайшего окружения? И как Вы оценивали диапазон возможных рисков: от введения санкций до гражданской войны, которая на наших глазах разворачивается?

В.ПУТИН: Риски заключались прежде всего в том, что угрозы в отношении русскоязычного населения были абсолютно конкретными и осязаемыми. Именно это побудило народ Крыма, граждан, которые там проживают, задуматься о своём будущем и обратиться к России за помощью. Но именно этим мы и руководствовались.

Я уже говорил в своём недавнем выступлении в Кремле о том, что Россия никогда не планировала никаких аннексий и никаких военных действий в Крыму, никогда. Наоборот, мы исходили из того, что мы будем строить наши межгосударственные отношения с Украиной исходя из сегодняшних геополитических реалий. Но мы также всегда думали и надеялись на то, что наши русские люди, русскоязычные граждане Украины будут проживать в комфортных для себя политических условиях, в комфортной обстановке и не будут никак притесняться, им не будут угрожать.

Вот когда возникла именно такая ситуация – ситуация с возможными угрозами и притеснениями, и когда народ Крыма начал говорить о том, что он стремится к самоопределению, тогда, конечно, мы и задумались о том, что нам делать. И именно тогда, а не какие-то там 5, 10, 20 лет назад было принято решение о том, чтобы поддержать крымчан.

Никто из членов Совета Безопасности, с которыми я обсуждал эту проблему, никто не возражал, все поддержали мою позицию. И мне очень приятно, даже более того, всё, что было изложено в качестве плана действий, всё было неукоснительно исполнено очень профессионально, быстро и решительно.

К.КЛЕЙМЁНОВ: Я бы сказал, что, в общем, и аналога в мировой истории нет по тому, как это было всё исполнено.

Владимир Владимирович, мы все живём в России, представляем, как здесь всё делается. Но, действительно, и организация такого сложного референдума в кратчайшие сроки, и вопросы безопасности, и то, как были разоружены украинские части – это всё было сделано настолько стремительно, что создавалось ощущение, что это невероятно долго готовилось.

В.ПУТИН: Нет, ничего не готовилось, всё делалось, что называется, с колёс, исходя из реально складывающейся ситуации и требований текущего момента, но исполнялось действительно в высшей степени профессионально.

Наша задача заключалась не в том, чтобы действовать там, в полном смысле, вооружёнными силами, наша задача заключалась в том, чтобы обеспечить безопасность граждан и благоприятные условия для их волеизъявления. Мы это и сделали. Но без позиции самих крымчан это было бы просто невозможно.

Более того, я вам скажу, что до последнего момента, просто до последнего дня я в той речи, которую потом произносил в Кремле, не писал последней фразы, а именно: вношу в Федеральное Собрание Федеральный закон о присоединении Крыма, потому что я ждал результатов референдума. Одно дело – это социологические исследования, одно дело – настроения определённых групп, а другое дело – волеизъявление всех граждан этой территории в целом. Для меня очень важно было узнать, увидеть, каково же это волеизъявление.

И когда стало ясно, что явка составила 83 процента, что 96 с лишним процентов высказались за присоединение к Российской Федерации, стало очевидно, что это абсолютное, просто практически полное большинство, если не сказать, всё крымское население. В этих условиях поступить иначе мы не могли.

М.СИТТЕЛЬ: Владимир Владимирович, можно маленькую ложку дёгтя, потому что много достаточно СМС с опасениями вот такого свойства: не потеряет ли Крым своего своеобразия, потому что туда сейчас придут люди с большими деньгами, вместо заповедников и рекреационных зон – охотничьи хозяйства, большие замки, дворцы, заборы, а канализации в Крыму как не было, так и не будет?

В.ПУТИН: Знаете, что касается замков и больших заборов, то этого там уже сегодня достаточно. Там, к сожалению, мы с этим тоже уже столкнулись и поняли: при потрясающем невнимании к массовому отдыху людей там, как грибы, росли вот эти самые дворцы с заборами. И они принадлежат как раз тем самым олигархам или крупным руководителям, о которых я уже упоминал. И вот это как раз и было связано с большими нарушениями экологического законодательства. Я уже разговаривал с руководителями Крыма сегодня, с руководителями федеральных органов власти – мы должны сделать всё для того, чтобы своевременно были приняты решения, согласно которым вот такой способ, способ освоения территории, такая практика должны быть немедленно прекращены.

М.СИТТЕЛЬ: СМС на сайте нашей программы: «Скажите всё-таки, кто были эти молодые люди? Уж очень они похожи на наших».

В.ПУТИН: Какие молодые люди?

М.СИТТЕЛЬ: Вежливые молодые люди.

К.КЛЕЙМЁНОВ: «Зелёные человечки» имеются в виду.

В.ПУТИН: В принципе, я уже об этом сказал и говорил неоднократно, говорил несколько глухо, публично. Но в разговорах со своими иностранными коллегами я и не скрывал, что наша задача заключалась в том, чтобы обеспечить условия для свободного волеизъявления крымчан. И поэтому мы должны были предпринять необходимые меры, чтобы события не развивались так, как они сегодня развиваются в юго-восточной части Украины: чтобы не было танков, чтобы не было боевых подразделений националистов и людей с крайними взглядами, но хорошо вооружённых автоматическим оружием. Поэтому за спиной сил самообороны Крыма, конечно, встали наши военнослужащие. Они действовали очень корректно, но, как я уже сказал, решительно и профессионально.

По-другому провести референдум открыто, честно, достойно и помочь людям выразить своё мнение было просто невозможно. Но всё-таки имейте в виду, что в Крыму находилось свыше 20 тысяч военнослужащих, хорошо вооружённых. Там только одних систем «С-300» – 38 пусковых установок, и склады с вооружением, и эшелоны боеприпасов. Нужно было оградить людей даже от возможности применения этого оружия в отношении гражданских лиц.

Р.КУЗНЕЦОВ: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Меня зовут Роман.

В.ПУТИН: Здравствуйте, Роман.

Р.КУЗНЕЦОВ: Планируете ли Вы ввод ограниченного контингента в юго-восточную часть Украины для защиты русскоязычного населения?

Спасибо.

В.ПУТИН: Вы знаете, мы не должны при всём том, что мы сейчас переживаем с Крымом, не должны впадать в какую-то эйфорию и всегда должны исходить из реалий. В чём эти реалии? Ну, во-первых, надо прямо сказать, всё-таки национальный, этнический состав Крыма отличается от юго-востока Украины. Вот эти территории, я только что об этом сказал, были переданы в состав Украины в середине 20-х годов, и потом вплоть до 1954 года, когда Крым уже отдали зачем-то в Украину. Этнический состав там примерно 50 на 50. И я уже говорил о том, что и решение окончательное о возвращении Крыма в состав Российской Федерации было принято только по результатам референдума. Когда я увидел результаты, когда я увидел, что практически всё население «за», повторяю, у нас выбора даже другого не было и другого решения быть не могло.

Какая ситуация здесь, мы доподлинно не знаем. Но мы точно знаем, что мы должны сделать всё, чтобы помочь этим людям защитить свои права и самостоятельно определить свою судьбу. Вот за это мы и будем бороться. Я напоминаю, что Совет Федерации России предоставил Президенту право использовать Вооружённые Силы на Украине. Очень надеюсь на то, что мне не придётся воспользоваться этим правом и что политико-дипломатическими средствами нам удастся решить все острые, если не сказать острейшие, проблемы сегодняшнего дня в Украине.

М.СИТТЕЛЬ: Владимир Владимирович, в тяжёлом состоянии сейчас оказались не только юго-восточные области Украины, но и Приднестровье. С одной стороны оно заблокировано Молдовой, а с другой – новыми самопровозглашёнными киевскими властями. Вот соответствующая эсэмэска: «Каким Вы видите путь разрешения сложившейся ситуации в Приднестровском регионе, какая позиция России по этому вопросу?». И от себя напомню, что буквально накануне парламент Приднестровья обратился к России с просьбой признать независимость республики.

В.ПУТИН: Это одна из сложнейших проблем, доставшаяся нам после крушения Советского Союза. Там, во-первых, население где-то свыше полумиллиона человек, по-моему, если я не ошибаюсь. Люди настроены действительно очень пророссийски, большое количество российских граждан проживает в Приднестровье. У людей есть собственное представление о том, как им строить своё будущее, свою судьбу. И это не что другое, как проявление демократии, если мы позволим этим людям сделать так, как они хотят. Нужно, безусловно, вести диалог и с Молдовой, и с Украиной, нужно интенсифицировать переговоры в рамках «5+2» – есть такая формула: это Молдова, Приднестровье и пять государств, которые участвуют в этом процессе примирения. Но в конечном итоге, и я из этого исхожу, нужно, конечно, не медля, снять блокаду, негативные последствия которой сейчас люди, проживающие в Приднестровье, испытывают и со стороны Молдовы, и со стороны, кстати говоря, Украины. На границу между Приднестровьем и Украиной уже подтянуты националистические вооружённые формирования, и вот такая ситуация, безусловно, как можно быстрее должна быть прекращена. Но в конечном итоге людям должно быть позволено самим решать свою судьбу. Вот над этим мы вместе со всеми партнёрами и будем работать, конечно, опираясь прежде всего на тех людей, которые в Приднестровье проживают.

М.СИТТЕЛЬ: Татьяна, возвращаем Вам слово.

Т.РЕМЕЗОВА: Владимир Владимирович, ещё один интересный вопрос от звонивших к нам на прямую линию. Процитирую: «Россия присоединила Крым силой. Значит ли это, что сейчас сила есть единственная гарантия государственного суверенитета в мире?»

В.ПУТИН: Россия не присоединяла Крым силой. Россия создала условия, с помощью, конечно, специальных формирований и Вооружённых Сил, я прямо скажу, но создала только условия для свободного волеизъявления людей, которые проживают в Крыму и Севастополе. А решение о присоединении приняли сами люди. Россия откликнулась на этот призыв и приняла Крым и Севастополь в свою семью. Это естественно, по-другому и быть не могло.

Что касается фактора силы в международных делах, он всегда был, всегда есть и, уверен, всегда будет. Вопрос не в этом, вопрос в том, чтобы, понимая, что сила имеет существенное значение в международных делах, государства на международной арене смогли бы исходя из здравого смысла вырабатывать и укреплять такие правила поведения, которые были бы стабильными и давали бы возможность договариваться, искать компромиссы, балансировать интересы государства и народа на международной арене, не прибегая к этой силе.

Дело совершенно не в событиях в Крыму. Давайте вспомним, что происходило в Ираке, Афганистане, в Ливии, в других регионах мира. Вот, на мой взгляд, когда мир становится или кто-то пытался сделать мир однополярным, тогда у этого единого полюса возникала иллюзия, что всё можно решить только с помощью силы, а когда появляется силовой баланс, тогда появляется и желание договариваться. Надеюсь, что мы будем двигаться именно по этому пути – по пути укрепления международного права.

Д.КИСЕЛЁВ: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Обещали здесь формат видеовопросов. Я хотел бы его каким-то образом поддержать. Поскольку с электроникой что-то не очень складывается, я создам образ пальцами, буквально на пальцах.

Вот кольцо, и мне кажется, что наша страна оказывается в этом кольце. Я лично чувствую, у меня такое удушающее ощущение, что кто-то меня душит. Мне кажется, что это НАТО, поскольку блок НАТО разрастается, словно раковая опухоль, и буквально за последние 25 лет «проглотил» наших союзников по Варшавскому договору, потом некоторые части Советского Союза, прибалтийские страны, разинул пасть на Грузию и уже на Украину.

В штаб-квартире НАТО говорят, что вообще целесообразно, наверное, и Украину принять в ряды НАТО. А Вы говорите, что блоковая система отмирает. Не могу с этим согласиться, ощущая такие удушающие движения со стороны этого блока. Конечно, можно сказать, что я параноик и это у меня паранойя. Но, как говорится, если у вас паранойя, это ещё не значит, что вас не преследуют. Поэтому не обо мне речь, а вот об этом расширении блока НАТО. Где эта красная черта, есть ли она, и как Вы себя ощущаете как лидер страны, конечно? Ничего личного, Владимир Владимирович. Спасибо.

В.ПУТИН: Мы сами всех задушим! Что Вы так боитесь? (Аплодисменты.)

Д.КИСЕЛЁВ: Никакого страха нет, естественно, но где эта красная черта и где остановиться, как говорится? Есть ли пределы, и кто их положит? Спасибо.

В.ПУТИН: Страха у нас нет: ни у меня нет, ни у кого не должно быть. Но мы должны исходить из реалий. А реалии Вы сейчас, в общем, достаточно образно и в присущей Вам блестящей манере описали, нагнали на нас определённого страху. Повторяю ещё раз, я бы не стал ничего бояться, но мы трезво должны оценивать ситуацию. А в чём она заключается? Вы, в общем-то, сейчас об этом образно сказали.

Нам когда-то обещали (я в Мюнхене в своё время говорил об этом на конференции по безопасности), что после объединения Германии не будет расширения НАТО на восток. За восточные границы НАТО, как нам тогда сказал тогдашний Генеральный секретарь НАТО, альянс двигаться не будет. А потом началось его расширение и за счёт бывших стран Варшавского договора, а потом уже и за счёт Прибалтики, за счёт бывших республик Советского Союза.

И я в своё время говорил: «Зачем вы это делаете, в чём смысл? В обеспечении безопасности этих стран? Вы думаете, на них кто-то нападёт? Ну хорошо, достаточно заключить договор, двусторонний договор о дружбе и взаимопомощи, в том числе о военной, и безопасность этих стран будет обеспечена». Ответ: «Вас это не касается. Народы и страны сами имеют право выбирать способ обеспечения своей безопасности».

Ну хорошо, это правда. Но правда также и то, что когда инфраструктура военного блока подвигается к нашим границам, то это вызывает у нас определённое опасение и вопросы. Мы должны предпринимать какие-то ответные шаги, и это тоже ведь правда, в этом нам тоже никто не может отказать. И это вынуждает нас к каким-то ответным действиям.

Сейчас я воспользуюсь этим и два слова ещё скажу про наши переговоры по системе противоракетной обороны, что не менее важно, а может быть, более важно, чем расширение НАТО на восток. Кстати говоря, и наше решение по Крыму в том числе было связано отчасти и с этим.

Конечно, прежде всего и главным образом это поддержка крымчан. Но и соображение такого порядка, что если мы ничего не сделаем, то в какое-то время, руководствуясь теми же самыми принципами, втащат в НАТО Украину и скажут: «Вас это не касается», – и натовские корабли окажутся в городе русской военно-морской славы – в Севастополе.

Но дело даже не в эмоциональной стороне этого вопроса, а дело в том, что Крым, конечно, выдаётся в Чёрное море, как бы в центре находится. Но, исходя вроде из военных соображений, он такого значения, как в ХVIII–ХIХ веках, не имеет, имея в виду наличие современных ударных средств поражения, в том числе и береговых.

Но если туда зайдут войска НАТО – а они же там поставят эти ударные средства, – тогда для нас это имеет уже геополитическое значение: тогда Россия окажется практически выдавленной из Причерноморья. У нас остаётся маленький кусок берега – 450 или 600 километров. Всё!

И это – реально – выдавливание России из этого очень важного для нас региона мира, за который сколько косточек русских положено в течение всех предыдущих веков. Это серьёзная вещь. Поэтому бояться ничего не нужно. Но мы должны и будем учитывать эти обстоятельства и соответствующим образом реагировать.

То же самое происходит, как я сейчас только сказал, и с нашими переговорами по размещению элементов противоракетной обороны США. Это не оборонительная система, это часть наступательного потенциала, вынесенного на периферию. И нам говорят: «Это не против вас».

Но, вы знаете, на экспертном уровне все прекрасно понимают, что размещение этих систем ближе к нашим границам перекрывает позиции наших ракет, стратегических ракет наземного базирования. Все прекрасно это понимают, отдают полностью себе в этом отчёт. Говорят: «Поверьте нам, что это не против вас».

Вы знаете, даже на наше предложение подписать какую-то ничтожную юридическую бумажку, где бы было написано, что это не против нас, наши американские партнёры отказываются даже от этой малости. Это удивительно, но это факт. И, естественно, у нас возникают вопросы: «А почему же вы не подписываете, если считаете, что это не против нас?»

Ерунда, казалось, бумажка, она, знаете, сегодня подписана, завтра её выкинуть можно, и этого не хотят даже сделать. И когда размещают эти элементы в Европе, тогда – мы уже много-много раз об этом говорили – нам придётся что-то делать в ответ. Это раздувание гонки вооружений! Зачем это делать?

Гораздо лучше посмотреть на эту проблему, если есть какие-то ракетные угрозы с каких-то направлений, вместе решать эти вопросы, определить эти ракетные направления, определить систему управления этой системой, доступ к управлению, вместе это делать – нет, не хотят.

Мы, конечно, и дальше наберёмся терпения, будем настойчиво вести эти переговоры, но в любом случае мы сделаем всё – и я уверен, что мы добьёмся успеха, – чтобы обеспечить, гарантированно обеспечить безопасность российского народа.

К.КЛЕЙМЁНОВ: Владимир Владимирович, но вот наши зрители, которые продолжают звонить и писать в адрес программы, активно интересуются, какова цены победы, если мы говорим о Крыме, не слишком ли большую ношу взяла на себя Россия, включив в свой состав Крым?

Пожалуйста.

В.ПУТИН: Имеется в виду что – имеются в виду расходы, которые связаны с этим?

К.КЛЕЙМЁНОВ: Ну, финансы, несомненно, в первую очередь.

В.ПУТИН: Что касается цены победы, расходов. Я вам могу сказать, я уже говорил о том, что, к сожалению, материально-техническая база, скажем, даже санаторно-курортного комплекса находится в очень тяжёлом положении и требует больших инвестиций, инфраструктура требует инвестиций. Мы должны будем вложить средства в повышение доходов пенсионеров и работников бюджетной сферы, вложить средства в развитие экономики, сельского хозяйства.

Ну какие эти средства? Ну вот, скажем, возьмём пенсионеров и бюджетную сферу. У нас общие расходные обязательства Пенсионного фонда Российской Федерации – около 6 триллионов рублей. Из них чисто пенсионные деньги, деньги на пенсионеров, если вычесть там материнский капитал заложенный, ещё некоторые социальные пособия, но чисто деньги на пенсионеров – 4,5 триллиона рублей. Что мы должны в этом году выделить на поддержку пенсионеров в Крыму? 

28 миллиардов. Много это или мало? На первый взгляд, немало, но из 4,5 триллиона это, в общем, небольшая цифра. А на поддержку бюджетников – всего 16,5 миллиарда, вполне подъёмные деньги. Инфраструктура есть, есть другие расходы. Нам не потребуется ничего вынимать из других программ, потому что у нас заложены деньги, дополнительные деньги в качестве резерва правительства в 245, по-моему, – ну 240 миллиардов рублей на этот год, а расходы на субсидирование всех крымских программ, думаю, не будут больше чем 100 миллиардов.

К.КЛЕЙМЁНОВ: Но там мост ещё, электросети, там масса всего.

В.ПУТИН: Это отдельная тема – мост, это очень важная составляющая, или тоннель, пока мы не определились, не решили: нужно провести экспертные оценки. Некоторые говорят, что тоннель может быть таким гибким; специалисты говорят, что это место тектонических разломов, поэтому нужно подойти к этому очень внимательно: мост, или мосты, или тоннель, – но это требует не только денег, это требует времени, это не сделать за один год. Мы говорим про сегодняшние расходы, а в перспективе, я в этом абсолютно уверен, даже нисколько не сомневаюсь, в перспективе, причём в ближайшей, в среднесрочной перспективе во всяком случае, Крым станет донором даже, не субъектом, который требует привлечения федеральных субсидий, а он будет самодостаточным, а потом и донором. Я скажу вам откровенно, я думаю, на меня коллеги бывшие не обидятся, украинские руководители, – когда они мне прямо сказали, что искусственно Крым сделали дотационной территорией, из него вынимали денег больше, чем из других территорий, и перераспределяли в другие места, имея в виду очень тяжёлое положение некоторых областей Украины.

М.СИТТЕЛЬ: Ещё о волнениях пенсионеров. «Если Запад откажется от газа, поставляемого Россией, как это отразится на нашем благосостоянии, в частности, пенсионеров?» – Людмила Бударина, Тамбовская область.

В.ПУТИН: Надо сказать, что нефтегазовые доходы составляют значительную часть поступлений в российский бюджет. Это серьёзная составляющая для нас и для решения вопросов развития экономики, бюджетного финансирования наших программ развития и, конечно, исполнения наших социальных обязательств перед гражданами.

Я хочу вот о чём сказать. Я просто боюсь ошибиться в цифрах, но сейчас, дай бог памяти, я вам скажу, что основные доходы из нефтегазовых доходов у нас поступают не от газа, а от нефти. Если в долларовом эквиваленте, то за прошлый год доходы от нефти составили 191–194 миллиарда долларов, доходы от газа – примерно 28 миллиардов долларов. Разницу чувствуете? 191 – от нефти, 28 – от газа.

Нефть продаётся на мировых рынках. Можно ли здесь, вот если попытаться, нам как-то навредить? Попробовать можно. К чему это приведёт для тех, кто будет это делать? Во-первых, как это сделать? Реальные возможности нарастить добычу, а значит, и понизить цены на мировых рынках может только Саудовская Аравия. У Саудовской Аравии бюджет посчитан, по-моему, из 85–90 долларов за тысячу кубов.

К.КЛЕЙМЁНОВ: Обама там уже был с визитом.

В.ПУТИН: Нет, прошу прощения, не по газу, а по нефти, она посчитана за 85–90 долларов за баррель, а у нас – из 90, по-моему. То есть если уйти ниже 85, то сама Саудовская Аравия будет в прогаре, у неё возникнут проблемы. Для нас понижение с 90 до 85 не является критическим. Это первое.

Второе. У нас с Саудовской Аравией очень добрые отношения. У нас есть, скажем, разные подходы по сирийской проблематике, но у нас почти полностью совпадают подходы по развитию ситуации в Египте. У нас есть и много других совпадающих точек соприкосновения.

Я с огромным уважением отношусь к хранителю двух мусульманских святынь Королю Саудовской Аравии, он очень умный, взвешенный человек. И не думаю, что наши саудовские друзья пойдут на какие-то резкие изменения во вред себе и экономике России. Это первое.

Второе. Они действуют в рамках ОПЕК, а там очень много наших сторонников. И даже дело не в том, что они нам симпатизируют, а дело в том, что у них есть свои экономические интересы, и резко понижать добычу, а это можно сделать только согласованным образом в рамках ОПЕК, это достаточно сложное дело.

Наконец, в самих Соединённых Штатах, которые развивают сегодня добычу сланцевого газа и сланцевой нефти, уровень рентабельности этих продуктов очень высокий, это дорогие проекты. А если ещё уронить цены на мировом рынке, то эти проекты вообще могут стать нерентабельными, вообще убыточными, и нарождающаяся отрасль просто может умереть.

И наконец, ещё одно соображение. Нефть котируется и продаётся на мировых рынках в долларах. Если цены упадут, то тогда и спрос на доллары резко упадёт, и доллар как мировая валюта начнёт терять своё значение. Очень много составляющих, очень хочется куснуть, но возможности всё-таки ограничены. Хотя, наверное, какой-то ущерб можно нанести.

Теперь что касается газа. Мы газ продаём, трубный газ (а это основные продажи по газу у нас), в основном в европейские страны, которые где-то на 30–35 процентов, 34 процента своего газового баланса закрывают поставками из России. Можно ли вообще прекратить закупки российского газа? На мой взгляд, невозможно.

Некоторые наши соседи, а это очень добрые наши соседи, у нас отлично развиваются отношения, скажем, с Финляндией, но Финляндия из всего общего газового баланса 90 процентов получает из России. В некоторых странах бывшей так называемой народной демократии если не 90, то 60, 50, 70 процентов в Восточной Европе – это наш российский газ.

Можно ли вообще прекратить поставки? Это, на мой взгляд, совершенно нереально. Но в ущерб себе, почти через кровь, можно. Но я представить себе такого не могу. Поэтому, конечно, все заботятся о диверсификации поставок. Там, в Европе, говорят о повышении независимости от российского поставщика, так же как и мы начинаем говорить и действуем в сторону независимости от наших потребителей.

Но пока это всё находится в известном балансе потребителей и поставщиков, здесь есть только одна проблема – транзитёры. И самый опасный элемент здесь, конечно, это транзит через территорию Украины, с которой нам очень трудно договариваться по энергетической проблематике. Но надеюсь, что и здесь мы всё доведём до нужного состояния, имея в виду действующие подписанные и работающие контракты.

М.СИТТЕЛЬ: Спасибо.

Пенсионеры у нас очень активны. Вот следующий вопрос: «Скажите, есть ли в планах присоединение Аляски к России? Были бы очень рады. Спасибо. Пенсионерка Фаина Ивановна».

К.КЛЕЙМЁНОВ: Модная шутка, Владимир Владимирович. Знаете, сейчас Аляску «Айс-Крым» называют.

В.ПУТИН: Да, в курсе.

Фаина Ивановна, дорогая, зачем Вам Аляска? Кстати, Аляска была продана где-то в XIX веке, Луизиана была продана французами примерно в это же время Американским Соединённым Штатам. Тысячи квадратных километров были проданы за 7,2 миллиона долларов, правда, золотом.

Сейчас эквивалент можно посчитать, конечно, но – недорого. У нас северная страна, 70 процентов нашей территории сегодня относится к районам Севера и Крайнего Севера. Аляска – это разве Южное полушарие? Тоже холодно там. Давайте не будем горячиться, ладно?

С.ЩЕРБАКОВА: Здравствуйте.

За Крым, конечно, спасибо. Но почему Вы проводите антинародную внутреннюю политику в сфере ЖКХ, принуждая без того нищий народ оплачивать не только свои личные коммунальные услуги, но и платить за общедомовые счётчики, за общедомовые нужды, повышая таким образом оплату почти на 50 процентов и ухудшая жизнь народа? Надеюсь, что Вы не хотите, чтобы мы все перемёрли от голода?

В.ПУТИН: По поводу ЖКХ. ЖКХ – одна из наиболее острых текущих и затрагивающих практически каждую российскую семью проблем. И проблемы накапливались там давно, в течение многих и многих десятилетий: здесь и аварийное жильё, и расселение аварийного жилья, и ветхое жильё, и сама проблема ЖКХ по сути. Я сейчас не буду вдаваться в детали, но то, что я услышал, наводит опять на определённые нерадостные размышления. Вы сейчас сказали об общих счётчиках, которые увеличивают плату более чем на 50 процентов для конкретного потребителя, – это абсолютно недопустимая вещь. Там у нас остались какие-нибудь данные о женщине, которая звонила?

М.СИТТЕЛЬ: Конечно.

В.ПУТИН: Надо с этим отдельно разбираться. Почему, я сейчас об этом скажу. Потому что это уже стало общей практикой так называемых управляющих компаний, когда расходы самой управляющей компании она, эта компания, старается перевесить на граждан, проживающих в том или ином доме, через систему общих расходов. Там одна лампочка висит где-нибудь в подъезде, несчастная, но оказывается, что она потребляет больше электроэнергии, чем весь дом. А это о чём говорит? Это говорит о том, что сама управляющая компания неэффективно управляет или, наоборот, ещё даже подворовывает средства у граждан и вешает эти расходы и всё, что она захочет туда записать, на эти общие счётчики. Это требует особой дополнительной проверки. Мы обязательно эту проверку проведём.

Что же касается системы в целом, то хотел бы сказать о следующем. Для того чтобы избежать роста тарифов, а эти тарифы должны, безусловно, сдерживаться местными властями, принято решение: в конце прошлого года принят закон, согласно которому этот верхний тариф определяет субъект Российской Федерации, планку верхнюю тарифа, а государство, Правительство – точнее, должно представить и предложить способ этих расчётов и определить верхний так называемый совокупный платёж. В принципе Правительство должно было это сделать до 1 апреля текущего года. По-моему, ещё не сделало. Обращаю на это внимание соответствующего правительственного ведомства и очень рассчитываю, что это будет сделано в самое ближайшее время.

Кроме того, принято решение о том, что управляющие компании для того, чтобы работать, должны будут получить лицензию. Выдача этих лицензий начнётся уже в этом году. А с середины следующего года без лицензий такие управляющие компании вообще работать не будут.

Поделиться

Новости по теме

29 ноября 2016 Брянец о встрече с Путиным: Наш президент приветлив и очень скромен

19 ноября 2016 Брянцы призвали отправить министра Силуанова вслед за Улюкаевым

14 ноября 2016 Владимиру Путину доложили об успехах Брянска

4 ноября 2016 Памятник князю Владимиру открыли в Москве

20 октября 2016 Итальянская певица разделась на Красной площади ради Путина

Комментарии

Редакция «Брянских новостей» и «Брянской автомобильной газеты» оставляет за собой право удалять комментарии, нарушающие законодательство РФ. Запрещены высказывания, содержащие разжигание этнической и религиозной вражды, призывы к насилию, призывы к свержению конституционного строя, оскорбления конкретных лиц или любых групп граждан. Также удаляются комментарии, которые не удовлетворяют общепринятым нормам морали, преследуют рекламные цели, провоцируют пользователей на неконструктивный диалог, не относятся к комментируемой информации, оскорбляют авторов комментируемого материала, содержат ненормативную лексику. Редакция не несёт ответственности за мнения, высказанные в комментариях читателей.

23:12, 10 декабря 2016

Под Брянском водитель на «Лексусе» залетел под КамАЗ

23:04, 10 декабря 2016

В брянском райцентре сбили велосипедиста

11:50, 10 декабря 2016

Брянский водитель сбил старушку во дворе

В России и мире

08:28, 11 декабря 2016

Большая бойня

17:16, 10 декабря 2016

Из восточного Алеппо за один день вышло более 20 тыс. мирных жителей

17:08, 10 декабря 2016

Нобелевскую премию мира за 2016 год получил президент Колумбии

Последние новости

09:26, 11 декабря 2016

Молодая помощница брянского прокурора поведала о тонкостях службы

08:25, 11 декабря 2016

Брянским пешеходам перекрыли кислород

23:12, 10 декабря 2016

Под Брянском водитель на «Лексусе» залетел под КамАЗ

23:04, 10 декабря 2016

В брянском райцентре сбили велосипедиста

08:55, 11 декабря 2016

Сергей Глазьев оценил состояние брянской экономики

Отклики
читателей

Опрос

Где вы будете встречать Новый год?

220 на 320 пикс.<-->